— Умереть это слишком легко, девочка. Запомни: у тебя три дня. На третий день время в твоём мире возобновит ход. И твоя дочь умрёт от голода, захлебнувшись собственным плачем в твоей квартире.
Он резко отвернулся и зашагал прочь. Мои ноги подкосились, и я всё же упала.
Аня… Анечка…
Я не сомневалась, что Румпель сможет это сделать.
Вспомнила мою девочку. Её пушистые светлые волосики и маленькие карие глазки… Вскочила на ноги и бросилась в Запретную башню. У меня больше не было времени для плана госпожи Карабос. И оставался лишь один выход.
Я буквально слетела вниз по лестнице, промчалась мимо скелетов, ворвалась в пустую комнату. Подскочила к тёмному зеркалу и закричала:
— Илиана!
Но зеркало оставалось таким же тёмным, словно выключенный экран смартфона.
— Илиана! Я согласна!
Мне было не до стихов, и свергнутая королева, видимо, это почувствовала. Зеркало замерцало, и я увидела страшную женщину совсем рядом. Она стояла у самой зеркальной поверхности и жадно всматривалась в меня. Мне почему-то показалось, что сейчас облизнётся.
— Майя, — прошептала она хриплым от волнения голосом, — что произошло?
— Румпель…
Но я задыхалась, не в силах выговорить ни слова. Однако Илиана, видимо поняла. Рассмеялась низким, воркующим голосом.
— О-о! Да, этот может.
В её тоне восхищение мешалось с ненавистью и нежностью.
— Он — твой любовник? — внезапно выдохнула я.
— Бывший любовник. Да. Моя правая рука и верный соратник… Верный. Я слишком поздно поняла, насколько он верный. И кому.
— Это он тебя…
— Конечно. Не Анри же?
— А тела королев?
— Иллюзия? Да, тоже он. Юмор у него такой. Одно из них, кстати, было с моим лицом. Шутник.
Мне было плевать. Какая вообще разница⁈ Там Аня и… И всё же я не могла удержать вопросов. Почему-то было важно их задать.
— Кто он? Это правда, что когти и…
Королева рассмеялась бархатистым смехом.
— А это уже моя иллюзия. И да, Майя, моей силы хватило установить запрет. Сюда Румпель не может войти. Чтобы ни случилось.
— Расскажи, как мне потом из зеркала перейти в свой мир, — опомнилась я.
— Что он сделал такого, чтобы ты изменила решение? — полюбопытствовала она. — Я вижу, что ты полна решимости. Чем он тебя так напугал?
— Он правда может сделать так, что в моём мире время возобновит ход?
Илиана задумалась. А потом медленно произнесла:
— Не знаю. Я не знаю пределов его возможностей. Он не владел магией до нашей встречи. Хитрый, страстный, очень умный. Это подкупало. Это… Ах, тебе не понять. Когда твой любовник не только хорош в постели, но ещё и умён… М-м… Признаться, в какой-то момент я настолько потеряла голову, что даже научила его магии!
— А ей можно научиться? Разве это не дар?
— Можно. И да, это дар. Румпель был лишён его. Но, когда восстал Анри, когда началась гражданская война, и силы брата неожиданно ворвались в столицу, я поделилась магией с моим… союзником. Как же я была наивна и глупа! Верила, что он мне верен… И только здесь, в зеркальном мире, перебрав все факты — а времени у меня оказалось много, даже слишком много — поняла, что и сам побег, и восстание, и победы Анри — дело рук Румпеля. Ох, как же я его ненавидела! Со всей яростью… Но… потом поняла, что ещё больше стала ценить его безжалостный ум.
— Ну что ж… У тебя будет возможность восхититься им ещё глубже, — я резко оборвала поток её восторгов. — Румпель сейчас у власти. Моими руками сверг Белоснежку. И не удивлюсь, если чьими-то — Анри.
Чёрные глаза блеснули радостью:
— О-о… Снова встретиться с главным врагом. Как это восхитительно! Но на этот раз я не поддамся его чарам! И мы ещё посмотрим, кто кого…
Её аж трясло от предвкушения. Она протянула руку, положила ладонь на обратную поверхность зеркала.
— Твоя обидчица часто подглядывает за тобой в зеркало. Ты этого не видишь сейчас. Но в зеркальном мире увидишь сразу. Под любым предлогом уговори её дать тебе руку.
— Но как? Она же понимает и не захочет…
— Это твоё дело, — королева пожала плечами. — Как хочешь. Например, вечной молодостью. Её всегда волновала собственная внешность. Она даже была добра, пока была молода и красива. Я не знаю. И это не моё дело, не так ли?
Да, это было верно. Да и есть ли у меня другой вариант?
Наладить отношения с Белоснежкой. Да ещё и под чутким контролем Румпеля. Сделать для всех счастливый конец — на это нужно время. И не три дня, которые злодей мне предоставил. Вариант Румпеля, конечно, невозможен. Ну и… всё. Выбора у меня попросту нет.
Я должна вернуться в мой мир, к моему ребёнку. А проблемы этого мира — не мои проблемы. Мне жаль Кота. Мне жаль Белоснежку. Очень жаль! Они останутся в мире, где два великих злодея устроят междоусобную войну. Но… Я не могу им помочь. Просто не могу. Я должна спасти свою дочь.
— Ты всё ещё колеблешься? — насмешливо заметила Королева. — Может, обратишься к Румпелю? Он поможет.
Я вздрогнула. И вдруг внезапная мысль ошарашила меня.
— Илиана… Я правильно… этого же не может быть… Ты же не хочешь сказать, что Румпель — отец Бертрана?
Она приподняла брови и саркастически улыбнулась.
— Почему не может быть?
— Но… он же не рыжий!
Мой голос внезапно охрип.
