– Ты не заблудилась? – слева раздался голос Кобы. Касси обернулась и буквально метрах в трех от себя увидела невысокую лесенку, которая вела наверх – к низкой и узкой двери. Дверь была приоткрыта. Оттуда падал свет.
Сгорая от любопытства, но немного нерешительно, Касси начала подниматься. Ступеньки скрипели у нее под ногами.
На мгновение она остановилась в дверях, ослепленная неожиданным потоком света, но глаза быстро привыкли. В потолке было огромное окно, под ним за мольбертом стояла Коба. На мольберте красовался холст размером не меньше ее самой. Рядом, на высоком столе, лежали палитра с нанесенными красками и груда тюбиков. В стеклянных банках стояли большие кисти. Воздух был очень спертым.
– Привет, Касси, – сказала Коба, – как хорошо, что ты зашла. Ничего, если я продолжу? Сейчас как-то очень хорошо получается, а я давно усвоила, что такие моменты надо ловить за хвост.
Поморщившись, Касси сделала вдох: дышать было тяжело.
– Это все краска, – сказала Коба, не отрываясь от работы. – Масло. И скипидар, конечно, я им разбавляю краску и мою кисти.
Подойдя ближе, Касси увидела, что краска попала не только на холст. Она была повсюду: кроме пальцев и ладоней, Коба испачкала и длинный фартук, защищавший ее одежду. Коба надела очки: она то смотрела сквозь них, то опускала пониже. Было заметно, что иногда она их снимала: ее виски испещрили желтые и фиолетовые пятнышки краски, а на седых волосах повисли цветные сосульки.
Касси стало смешно.
Коба посмотрела в сторону и заметила на лице гостьи широкую улыбку.
– Что такое? Ах да, я ужасно выгляжу, вся в краске. Эх, девочка, что есть, то есть… У тебя все в порядке?
– Да, все отлично.
В общем, здесь была мастерская. Касси ходила и рассматривала каждую деталь. На полу стояли картины – некоторые изображением наружу, другие были повернуты к стене, так что можно было рассмотреть лишь деревянный подрамник и изнанку холста. Высоко на полках хранились книги – Касси сразу заметила свою книжку про Ротко – и какая-то странная коллекция предметов. Большая ракушка рядом с необычными африканскими статуэтками. Яйца в глиняной миске. Какая-то фигура из зеленоватого стекла, похожая на застывшую морскую волну, а по бокам – засохшие початки кукурузы.
Она присела возле картины с теми самыми смертоносными цветами, как там они называются? А, точно, наперстянка. Вблизи они выглядели как цветные пятна, однако стоило отойти на шаг назад – и пятна превращались в цветы. Как зачарованная Касси несколько раз подходила к картине вплотную и удалялась от нее. Волшебство неизменно повторялось.
– Как тебе? – спросил Коба.
– Красиво, – ответила Касси. – Я и представить не могла, что у фиолетового так много оттенков. Больше чем в палитре компьютера.
– Их столько, сколько пожелаешь. Зависит от того, какие краски смешивать.
Между рядами холстов стоял маленький стульчик с подлокотниками. На нем лежали ветошь и альбом для эскизов.
– Можно я сяду?
Коба ничего не ответила. Она немного нахмурила выпачканный краской лоб и продолжала работать. Кисть у нее в руке будто сама летала от холста к столу и обратно, иногда лишь касаясь полотна и сразу взлетая, словно бабочка, иногда – задерживаясь и делая такие сильные мазки, что картина подрагивала.
– Можно я здесь посижу? – спросила Касси чуть громче.
– Что? Ах да, конечно, – отозвалась Коба несколько рассеянно. Как будто она пребывала в каком-то другом мире.
На чердаке было тепло. По стеклу не переставая стучал дождь. Иногда высоко в небе, отбрасывая серые тени, пролетали птицы. В окно можно было разглядеть лишь верхушки деревьев.
Касси незаметно наблюдала за работающей Кобой. Ну не могла же преступница так выглядеть?
Сумасшедшей ее тоже нельзя было назвать. Или можно? Не все о человеке можно понять по его внешнему виду – этот урок Касси хорошо усвоила. «Почему бы не спросить у нее самой?» – подумала девушка. Она мысленно перебирала все возможные варианты начала такого разговора, но ни один ей не нравился.
Тишина успокаивала и усыпляла. Касси вдруг вспомнила обрывки своего сна. Дождавшись, когда Коба закончит, она сделала шаг назад и спросила:
– Вы что-нибудь слышали об ужасной аварии, которая здесь произошла? Два человека погибли – мужчина и женщина.
– В смысле, в этом городке?
– Да.
Казалось, Коба вот-вот снова погрузится в созерцание своей картины, и когда Касси уже с грустью решила, что ответа не последует, женщина сказала:
– Ничего об этом не слышала.
– Жалко, – Касси тяжело вздохнула.
Коба услышала ее вздох и повернулась.
– А когда это случилось?
Касси мысленно повторила все вычисления, которые неоднократно проводила в последние пару-тройку дней. Вот уже несколько лет мама говорила, что ей тридцать пять, хотя на самом деле сейчас ей должно быть сорок два. Или уже исполнилось сорок три? Она рассказывала, что все случилось, когда она была маленькой.
– Думаю, тридцать, максимум тридцать пять лет назад.
– Так давно?
Коба секунду помедлила, а затем как-то неожиданно резко добавила:
– Я здесь тогда не жила.
– Вы тогда сидели в тюрьме? – помимо воли вырвалось у Касси.
