Я опять сосредоточилась, а Александрэль сел рядом и обнял меня за плечи. Я знаю, что он не может, в такой ситуации, поделиться Силой, которая угрожает снова вспыхнуть во мне Огнем. Надо самой справляться. Я снова закрыла глаза и открыла их только тогда, когда ни капли болезненного жара не осталось, а мой новый Дар — Дар Огня, приятно теплился в груди.
Увидела, что с одной стороны от меня все также сидит Александрэль, а с другой, неизвестно когда появившийся Михас, обвивающий хвостом мою щиколотку. Я была уже сухая и чистая, пострадавшая от сорванного браслета кисть руки залечена, значит Александрэль, осторожно, незаметно, использовал заклинания сухости, очищения и исцеления.
— Ты расскажешь нам, как это произошло? — спросил Александрэль.
— Не сейчас, — неохотно согласилась я, после паузы раздумий. Это очень личное, неловкое, неприятное. Но со мной рядом самые близкие и преданные мне мужчины. Неправильно держать их в неведении. Я сумею преодолеть стыд унижения и все им объяснить.
При попытке встать я, от страшной слабости во всем теле, не удержалась на ногах и завалилась на Михаса. Он, подхватив меня на руки и получив согласный кивок Александрэля, прижав меня к себе, понес домой. А у нашей калитки передал с рук на руки Александрэлю. Все это время я была в какой-то обессиленной дреме и совсем отключиться о реальности мешало только очень сильное чувство голода и жажды.
Эли, встречавшая нас на пороге, засуетилась. Раздела, когда Александрэль положил меня на кровать. Притащила мне в постель кучу еды, из которой я, забыв о столовых приборах, как дикарь, руками выбирала все мясное, запивая ягодным соком.
За окном резко потемнело, громыхал гром, сверкали молнии, водопадом лились струи дождя. Так Александрэль сбрасывал с себя пережитое напряжение и волнение. А я, несмотря на шум грозы, уснула с куском мяса в руке.
Проснувшись утром, я не смогла встать с постели. Вернее, если быть честной, не захотела. Идти в Академию, и встретиться там с участниками вчерашних событий, было выше моих сил.
Эли заглянула ко мне в комнату. Увидев, что я не сплю, а просто валяюсь в кровати, уставившись в потолок, заботливо спросила:
— Хочешь что-нибудь? Чем тебе помочь?
— Спасибо, ничего не надо, — дрожащим голосом прошептала я, готовая вот-вот разрыдаться. — Со мной все нормально.
Она легла рядом, погладила по голове, обняла, и я все-таки разревелась, уткнувшись ей носом в плечо. Выплакавшись, я в общих чертах рассказала ей, что вчера произошло.
— А я ведь тебя предупреждала, что эльфийки очень коварны, — сказала Эли, выслушав мой сбивчивый рассказ.
— Да причем тут эльфийки?! — возмутилась я тому, что моя такая умная мать не понимает главного. — Это он оказался неверным предателем! Только надел мне брачный браслет и тут же изменил с другой, используя мое короткое отсутствие.
— А я думаю, это Тамикоэль его соблазнила, воспользовавшись тем, что он пьян, — горячо заспорила Эли.
— Не имеет значения, — категорично возразила я. — Во-первых, его никто не заставлял напиваться. Во-вторых, даже пьяным, он оставался собой, в него не вселилась другая сущность. А раз для него такое поведение допустимо, где, спрашивается, раньше, были мои глаза? Почему я этого не видела?
— Ладно, не будем спорить, — сдалась Эли. — Давай подумаем, что теперь делать?
— А что тут думать, — горестно вздохнула я. — Брачный браслет я вернула, — передернулась от этого воспоминания, но продолжила почти без дрожи в голосе, — дел у меня немерено, сосредоточусь на них и постараюсь все забыть.
— Трудно такое забыть, — с сочувствием ответила она, не обманутая моей напускной решительностью. — Но это правильная установка.
Весь день я провалялась в постели. И физические силы, и магический резерв, исчерпанный накануне до дна, постепенно восстанавливались. То и дело возвращались неприятные воспоминания, от которых сильнее стучало сердце, и появлялся пугающий жар в теле, готовый вспыхнуть Огнем. Я, волевым усилием пыталась вытеснить, стоящую перед глазами, вчерашнюю картину. И поняла, что не избавлюсь от этого, если не заставлю себя думать о чем-то другом, правильней всего о предстоящих мне важных делах.
Во-первых, надо закончить работу над артефактом-пылесосом. Во-вторых, мне надо практиковаться и совершенствовать мой новый Дар. В-третьих, я теперь соглашусь на уговоры Михаса и нашего Учителя танцев и выступлю на Концертной Поляне перед эльфами. Лучше буду волноваться из-за этого, чем из-за всего другого. В-четвертых, надо изучить беговую трассу в этом городе, ведь скоро Ярх будет готов к состязаниям. Все это должно мне помочь избавиться от всяких, мучительно болезненных, воспоминаний и чувств связанных с Кирсатэлем. А в-пятых, и видимо в главных, пора не на словах, а на деле, становиться взрослой, самостоятельной, искать себе хорошо оплачиваемую работу и копить деньги для покупки собственного дома.
