Однорукому бандиту это быстро надоело. Он устало закатил глаза и отдал приказ схватить мальчика.
– Нет! Н-нет!
Алекс держался намертво, как клещ. Бандит взял его подмышки и потянул на себя, но Алекс не отпускал мой свитер.
– Отстаньте! Я вас ненавижу! Вы сдохните! Все вы!
Но, в конце концов, он не удержался. Пальцы разжались, и его оттащили от меня. До последнего Алекс боролся, пытался высвободиться, укусить недоброжелателя и самое ужасное… он тянул свою руку ко мне. А я сидел, не понимая, почему.
– Фир!
Почему бездействовал?
А что безоружный я мог сделать? Ровным счетом ничего. Алекса вынесли из комнаты, а я остался, стиснув зубы, прокручивая в голове его слова, крик, зов помощи.
Мне стоило догадаться еще в самом начале. Если бы я не был так слепо рад живому человеку, то заметил бы. Я мог остановить всё в самом начале. И не было бы всего этого кошмара… Но жалеть о прошлом даже хуже, чем сокрушаться о будущем.
Я был так увлечен самобичеванием, что не заметил однорукого бандита, оставшегося в спальне. Он наблюдал за мной всё это время и, будто сделав вывод, сказал:
– Тебя ведь зовут Фирмино, верно?
Но… сказал он это на итальянском языке. Я сначала решил, что спятил.
– Простите?
– Не пугайся. Приятно встретить брата по крови, пусть и в таких ужасных условиях. Мое имя Квинт, и я тоже итальянец.
– Итальянец?
– Северянин. А вот ты стереотипный южанин. Ты первый такой повстречался мне после пандемии.
Квинт был высоким, русым и очень конопатым. Одежда на нем смотрелась совсем не по-бандитски круто, как на Кире: мужчина выглядел обычным рабочим, чьи
– Вы убьете меня?
Повисла удивленная пауза.
– С чего ты взял? Мы, конечно, порой перегибаем палку, но не убиваем направо и налево. Напротив, Джонсон велел обращаться с тобой как с гостем. Поэтому если у тебя есть какие-то пожелания, то озвучивай, не стесняйся.
Я опустил голову к коленам – грязные волосы упали на лицо, полностью лишая возможности видеть.
– Зачем ему это?
– Наверное, он увидел в тебе перспективную личность.
– Но он ведь не знает обо мне ничего.
– Знает, поверь, – Квинт громко цыкнул. – Могу отвести тебя в ванную, приведешь тело и мысли в порядок.
Хотелось возразить, но я не стал. Квинт повел меня длинными коридорами к темно-коричневой двери, на которой остались следы от когда-то висевшей здесь таблички. Он потянул ручку на себя, открыв дверь, и жестом пригласил внутрь. Здесь я увидел ряд умывальников и еще одну дверь, ведущую в узкую комнату, где стояла акриловая ванна.
– Вода согреется быстро. Можешь пока посидеть тут. Надеюсь, что обойдется без происшествий. Пожалей старика Квинта.
Ждать долго и вправду не пришлось. Через минут двадцать ванна была почти наполовину заполнена. Квинт учтиво улыбнулся и вышел, заперев меня на замок, а я разделся и осторожно залез в ванну, стараясь не намочить ожоги на плече. Теплая вода приятно обволокла всё тело. Это было… восхитительно. Я закрыл глаза и откинул голову. Время будто растворилось в воде. Алекс, Алекс, Алекс… Я устал думать о нем. Мне нужна пауза.
Давно потерянное чувство – умиротворение. Я мог даже не заставлять себя забыться – мысли не жужжали назойливым роем, а приятно текли по сознанию, что было очень удивительно.
В детстве я сильно завидовал детям, которые учились в частных школах вроде этой. Хорошее образование, питание, развлечения и уютные комнаты – вот чего мне не хватало в жизни. Сколько счастливых моментов могло появиться в памяти, если бы я просто съехал от отца-алкоголика.
Ванная комната в Клирлейке была очень уютной. Она располагалась в общежитии учительского крыла, где, как я понял, жила община Роберта до прихода Джонсона. Единственное, что раздражало в обстановке, – это грязное зеркало во всю стену, висевшее прямо напротив ванны. Рассматривать себя во время принятия водных процедур – сомнительное занятие.
Я зачерпнул горсть воды и омыл неискалеченную половину лица. Вода потекла по подбородку и груди. Решив, что пора заканчивать дурачиться, я взял сильно пахнущее мыло и принялся намыливать тело. Не хотелось оставить и следа от прошлой грязи.
В дверь постучали – от неожиданности я выронил мыло.
– Заканчивай. Джонсон хочет с тобой поговорить, – раздался голос по ту сторону двери.
– Со мной? – тихо переспросил я.
Конечно, со мной. Глупый вопрос.
– Ты там утонул?
– Нет, дайте мне пять минут.
Я наспех умылся, вытерся и оделся. Только сейчас я понял, что был одет в спальную одежду, поверх которой сидел бордовый свитер. Видимо в ту самую ночь я натянул свитер, чтобы не мерзнуть, и пошел проверять источник шума. А потом случилось… то, что случилось.
На выходе из ванны ждал Квинт. Он держал в руке куртку и что-то напевал себе под нос.
– Принес твою куртку, amico. Мы идем в учебное здание, там очень холодно.
Я молча принял куртку и пошел за мужчиной.
