Но совершенно очаровательной была музыка заключительной пантомимы. Прозрачность и мягкость первой музыкальной темы, ее кристальная чистота характеризовали образ Марии – Пьеретты. Когда вслед за звучанием этой мелодии на сцене появлялась скромная и милая Мария в белых одеждах, вам казалось, что вы уже видели ее такой своем воображении, слушая музыку....
Остро была воплощена у Александрова ремарка: «Пиноккио неожиданно для себя начинает паясничать». Конечно, «преодолеть» в себе дерево Пиноккио может не сразу, и вот в чудесную лирическую музыку врываются инородные звуки и ритмы, сумбур его движений, но он овладел собой и снова…
«Нет, я не могу передать музыку Александрова словами! Как мы все ее любили!..»
Большая удача! Без этой музыки Болотову – Пиноккио куда труднее было бы заставить зрителей поверить в свое чудесное превращение.»
Сац вспоминает одного удивительного актера, которого также очень ценил Алексей Дикий. Это был Лев Лащилин, красивый, смуглый, большой, похожий на итальянца, он великолепно двигался, виртуозно исполняя итальянские пляски, делая это жизнерадостно и ярко.
Во время подготовки «Пиноккио» все в театре настолько прониклись духом этого спектакля, что находились в веселом приподнятом настроении. Даже рабочие сцены, влюбившись в этот спектакль, поверили в то, что в детском театре нельзя ругаться матом и они заменили матерные слова именами действующих лиц театральных постановок, которые были для них непривычными и сложными. Таким образом, вместо «великого и могучего» можно было услышать такой смешной диалог:
– Ты Маграбин, вот кто! – грозно кричал один.
– Молчи, Пиноккио несчастный! – отзывался другой.
Много споров и разногласий было между Натальей Сац и Алексеем Диким, так как оба они были творческими натурами и каждый из них имел свой сложный характер, но проходя через все трудности, они мирились. Потом, вспоминая одну из ссор с Диким она говорила:
«Мы ругались с ним, как дядя Вишня с Кукурузой, и так же неожиданно помирились. На следующий день, когда я пришла в кабинет, то увидела на столе маленькую деревянную куклу-мальчика и записку Алексея Денисовича: «Я – Пиноккио – паяц рождаюсь по воле Наталии Ильиничны Сац». Мне было очень дорого это внимание!»
В то время, когда на сцене Московского Детского театра ставили спектакль «Пиноккио», Наталье Сац было тогда всего 20 лет.
Много лет спустя она вновь вернулась к образу Деревянного Человечка, поставив на сцене Детского театра “Золотой ключик” Алексея Толстого, но это уже другая история.
В современный век техники и кибернетики было бы странным, если историю про Пиноккио не пересказали бы в свете современных достижений технического и космического прогресса, а также с прицелом на фантастическое и всемогущее будущее. Смелые картины будущего уносят нас далеко вперед, в 3000 год. Человека и отличает от животного, а также от куклы умение фантазировать, создавать свои собственные миры, это также роднит взрослых людей с детьми.
В 2004 году режиссер: Даниэль Робишо создает анимационный фильм «P3K Пиноккио 3000» при участии трех стран: Канады, Испании и Франции. Сюжет фильма неожиданный. В каком же обличии предстает Пиноккио в этом фильме?
Разумеется, что в образе робота. При оригинальном хитросплетении одной из всемирно любимых историй, в картине «Пиноккио 3000» показаны приключения маленького робота, самое большое желание которого заключается в том, чтобы стать настоящим мальчиком. Робот та же кукла, только более современная и усовершенствованная, но желание куклы в каком бы виде она не была, остается неизменным – превратиться в настоящего человека.
Снятый в зрелищной манере трехмерной компьютерной анимации, P3K представляет собой футуристический вариант классической сказки Коллоди – он рассказывает о Джузеппе, блестящем изобретателе, и его роботе-кукле Пиноккио.
Итак, 3000 год. События разворачиваются в ультрасовременном городе Скамбовилле, где в крошечном доме с маленьким садом, скрытом среди небоскребов и гигантских видео экранов живет Джузеппе. Мастер старой школы – он любит изобретать и переделывать компьютеры. Но в его жизни нет главного: у него нет сына.
С помощью своего преданного помощника, киберпингвина Спенсера, и голографической феи Киберины Джузеппе создает Пиноккио, суперробота опытного образца, наделяя его чувствами благодаря микропроцессору P3K.
Пиноккио может смеяться, говорить, танцевать и петь. Но прежде, чем дать ему сердце и сделать настоящим мальчиком, Киберина настаивает, чтобы Пиноккио осознал различие между тем, что такое хорошо, и что такое плохо.
