Вечером все те, кто уезжал в командировку, построились по отрядам в районе корпуса фильтра и административного здания. Здесь уже стояли автобусы, «Икарусы». Нас несколько раз пересчитывали по позывным. Затем мы услышали несколько теплых фраз, а также наставления и пожелания от Палея и других старших и расселись по автобусам. Двинулись. Раза два по дороге, наверное, останавливались, и вот ночь… Это уже 7 апреля 2023 года, мы за ленточкой. Автобус наш и вся колонна свернули куда-то влево, ушла на второстепенную дорогу. Проехав так минут двадцать, не более, мы остановились… Двери «Икаруса» открылись.
— Выходим, — послышался голос с улицы.
Все сразу засобирались. Для меня эта остановка была неожиданной, так как, по моим расчетам, нам еще ехать и ехать следовало бы, и по времени что-то очень быстро мы добрались. Вот докуда добрались, этого я и другие еще не понимали. Медленно двигаюсь между креслами к выходу вместе со всеми. Схожу со ступеньки автобуса на улицу. Прохожу метров десять и вижу, что около наших автобусов стоят грузовые «Уралы». Здесь уже достают рюкзаки со спальниками из багажника автобуса. Получалось, что вот в этом месте нас сразу с автобусов пересаживают в «Уралы» и доставляют… «Хорошо, жалко только, что подремать не успел», — думаю я и иду к багажнику за своими вещами. А из вещей у меня маленький рюкзак и спальник. Помня первую командировку, я взял с собой самое необходимое и чуть более необходимого.
Быстро разбираемся по своим штурмовым отрядам возле «Уралов», грузимся в них и минут так через десять после погрузки начинаем движение. Ехали не долго в машинах. Еще даже не утро, все та же ночь. Машина остановилась около здания. Двигаемся к выходу по кузову друг за другом, и, подходя к борту кузова, хоть было и темно, я в свете ярких фонарей различаю знакомые очертания больших дверей из толстого стекла. «Гайка», — промелькнула мысль в голове моей, и весь организм принял это как данность, как очень знакомое и понятное место. Выпрыгиваю из кузова, держа автомат в правой руке. Вроде бы почти все выпрыгнули, и теперь мы принимаем наши рюкзаки со спальниками из рук тех, кто остался в кузове. Найдя свой рюкзак, двигаюсь в знакомое мне помещение. Захожу… Народу здесь на первом этаже почему-то нет, как нет обычных ящиков из-под БК в холле помещения.
«Шахта имени Гаевого, ДНР, мы в Горловке!» — проносится в голове. Однако все же охота спать. Направляемся вправо и проходим к левой стене к проходу, ведущему вниз, в подвальное помещение. Спустились в подвал, заворачиваем затем налево, проходя широкий тамбур три на три метра, который залит водой, и потому нам приходится проходить и перескакивать через лежащие в воде доски и кирпичи, чтобы попасть далее в коридор. Идем по недлинному коридорчику ко входу. Заходим в большую подвальную залу. Все так же, ничего здесь не изменилось с тех пор, как я здесь в последний раз побывал пять с лишним месяцев назад, только вот сырости прибавилось немного и что-то очень сильно промозглое в воздухе есть. Как всегда, здесь места не пустовали.
Я нашел себе место в самой середине этой залы, расположив свой спальник на досках, лежащих на ящиках из-под боекомплекта. Такие доски в ряд проходили вдоль стены с левой стороны залы, посредине и вдоль стены справа. И получалось в итоге, что два пролета отделяло все эти длинные лежанки для бойцов. У входа, сразу слева, стоял все тот же длинный стол, на котором лежали коробочки с чаем, был чайник, лежало печенье в упаковках, конфеты и упаковки с кофе. Рядом со столом в сторону лежанок стояли большие коробки, наполненные конфетами и дешевыми сигаретами. Это все было общим. У кого если нет сигарет, то тот мог взять их в коробке. Сюда же приносили еще дополнительно всякие съестные припасы. Коробки с пайками располагались вверху, на первом этаже, в районе бывшей раздевалки, что находилась сразу налево, как пройти холл.
Кто-то улегся спать, другие ели. Я успел сделать и то, и это. Часть людей по позывным забрали из залы под утро. Мы ждали. Кто-то из командиров сказал нам, что нужны будут люди на С-60 и на минометы. Рядом со мной через одно спальное место расположился замполит, а слева от меня, если лежать на спине на спальнике, в сторону входа, разместился сотрудник «Токарь». Это у него позывной такой. Ничего особенного, просто его позывной произошел от его фамилии. Мы познакомились с Токарем, и он о себе рассказал немного:
— Я почти местный, из Ростовской области… Работал раньше инженером на заводе. Как институт закончил, так и работал там. Зачем поехал?.. — угадал Токарь мой молчаливый вопрос по лицу моему. — А вот решил узнать, не слабо ли мне воевать… А и дома получал под восемьдесят тысяч рублей и столько могу заработать там, даже если уволился бы. Я и так уволился. Надоели они все мне там. Сын? Что за поколение растет, аморфные какие-то, пацифисты… Жена со своим бытом уже надоела.
