Помещение, где располагались бойцы ремонтно-технической базы, по всей видимости, когда-то было жилым бараком, или так скажем, может быть, вроде что-то коммуналки. После входной двери следовал тамбур, и, сделав два шага вперед, ты поворачиваешь налево и открываешь дверь, где попадаешь в коридорчик, слева у стены которого находится четыре деревянных кресла и рядом с ними дальше тумбочка, на которой стоит пепельница и обычно лежат две или три пачки очень простых сигарет, тут же коробки спичечные. Далее этого коридорчика перпендикулярно к нему влево и вправо тоже имеется коридор, в котором по обе стороны находятся двери, ведущие в комнаты. Если повернуть налево и дойти до стены, то по правую руку будет большая кухонная комната. Здесь, на кухне, имеется большой стол посредине, слева стоит на столе у стены микроволновая печь, на которой лежат блоки сигаретные — «Тройка», «Мальборо» или что попроще совсем. Слева у входа шкафчик с ложками и вилками, тарелками и кружками. Рядом со шкафчиком на полу находятся четыре картонных короба, в которых лежат банки с тушенкой, галеты или банки с салатами, или баночки с паштетом. Здесь же сразу направо имеется и плита, на которой бойцы готовят горячую пищу. Да, еще на столе чайник электрический… Вокруг стола много стоит кресел деревянных. А если же идти направо по коридору, то в конце его можно повернуть налево — там умывальная комната, с раковиной и краном. Рядом с раковиной на подставке, которая приделана к стене, находится мыло и пластмассовый тюбик для мытья посуды. Здесь бойцы после трудового дня мылись. Стирка происходила в бане, в которую, как я и говорил выше, вход был с другой стороны здания.
Остановился наш расчет в одном из кубриков в сторону умывальной комнаты, сразу если повернуть из маленького коридорчика направо, первая дверь. Кубрик, или назовем его комнатой, был просторный. Сразу слева на кровати расположился Кавун, а далее по стене шли двухъярусные кровати в четыре ряда, такие же кровати, только напротив этих, были и у окна. Только окна были плотно забиты досками и занавешены наглухо прибитыми к стене коврами. Справа от входа стояли тоже кровати — кровать сразу у стены, на которой расположился Токарь ногами к выходу, и рядом кровать, которая была уже занята к нашему приходу. На следующей кровати расположился я, а кровать у окна была занята старым бойцом-ремонтником, который пришел только поздним вечером. Боец этот был бородат, серьезен и малоразговорчив, он считал видимо, что уже очень старый-престарый сотрудник, повидавший всяких видов в своем цехе. Он поздоровался со мной, лег на постель свою и отвернулся к окну…
Да, кстати, сразу напротив двери стоял стол, обычный стол, какие ставят в домах в зальных комнатах. На столе лежали три или четыре блока сигарет «Тройка». Надо мной висела школьная доска, на которой были обозначены фамилии бойцов, заступающих в наряд, а вернее в караул. В первый день, а вернее по прибытию нашему, а это уже был вечер, старшина дал нам осмотреться вокруг и отдохнуть, поэтому в караул нас не записал. Так вот, на этой школьной доске старшина, имеющий аккуратно подстриженную черную бороду, расписывал караул — это была такая таблица, в левом столбике стояли позывные, а в правом — время работы в карауле. Выходило по часу на каждого бойца, когда он должен был отстоять свое время на посту перед входом на базу.
