Когда я открыл глаза в следующий раз, мы с Ричи все также сидели в кабине и двигались в сторону Парижа. Та песня, что он включил, доигрывала. Из динамиков раздался завершающий аккорд.
– Ну что, как тебе? – спросил Ричи.
По всему моему телу струился холодный пот, горло пересохло, а губы невольно дергались. Я сглотнул, пытаясь привести себя в порядок и глубоко вздохнул.
– Парень, ты как? Все в порядке?
– Да… – просипел я. – Да, да, я в порядке, а музыка мне понравилась, – я выдавил из себя улыбку.
– Да, это отличная группа. Лет пять их уже слушаю. Их песни бодрят. Знаешь, до мурашек иногда пробирает, – парень дернул головой, а потом повернулся ко мне, – завидую я тебе, ты можешь на их концерт сходить. Зарядишься энергией на весь день.
Ричи продолжал что-то с чувством рассказывать, но я его уже не слышал, в голове было пусто, я не мог ни о чем думать. Все эмоции пропали, а дорога впереди казалась бесконечной серой полосой. Звуки стихли, и я провалился в сон.
– Саймон, просыпайся, минут через пять тебя высажу. Не выспался, да?
– Да, я…
– Бывает, знаешь, главное график себе выстроить и спать четко по режиму. Я так уже полгода живу, ощущения прекрасные. Хотя, за рулем тоже иногда в сон клонит. Только сяду за руль – глаза закрываются, ложусь на кровать – ни в одном глазу. Проклятье дальнобойщиков, – Ричи рассмеялся.
За окном уже было темно. Я посмотрел на центральную панель. Часы показывали девять. Куда идти в Париже? Этого я не знал. Первым, что пришло в голову, было имя – Виктория. Я решил, что нужно ехать в отель с таким названием. Я и не сомневался, что он есть в Париже. Что-то меня туда тянуло, я чувствовал, что должен остановиться там.
– А ты не знаешь, где находится отель «Виктория»? – обратился я к Ричи.
Он обращался ко мне на «ты», и мне показалось странным обращаться к нему иначе. Все же он был старше меня всего лет на десять. А выглядел вообще моложе меня. Впрочем, огромные подглазины, которые появились за последнюю неделю, и серый оттенок моего лица явно не играли мне на руку.
– Я не местный, спросишь у кого-нибудь, подскажут. Так ты с какими целями в Париж?
– Я… ищу одного человека, – неуверенно проговорил я.
– О, на свидание с дамой? – Ричи мне подмигнул.
– Нет, я… ищу друга. Давно его не видел.
– А, ну это тоже отлично.
Через пару минут грузовик начал слегка притормаживать, Ричи показал поворот и остановился на обочине. Звуки дороги стихли и теперь слышалось лишь слабое рокотание мотора.
– Ну все, Саймон, дальше сам. Вон там остановка, – он махнул рукой вперед, – спросишь про свой отель. Удачи тебе.
– Спасибо, – я порылся в карманах в поисках пары купюр. Ричи заметил мое движение и сделал мне знак рукой.
– Перестань, ничего не надо. Когда ты в дороге почти целые сутки, поговорить с человеком – удовольствие. Составил мне компанию, – Ричи улыбнулся.
– Спасибо, – я открыл дверь, – хорошей дороги.
Ричи кивнул мне, а я спрыгнул на землю и захлопнул дверь. Грузовик зарычал и тронулся с места. Раздался прощальный сигнал клаксона, и Ричи растворился в легкой вечерней дымке. Я оглянулся по сторонам – дорога оказалась пуста. В двухстах метрах от меня виднелся знак остановки, и я медленно побрел туда.
На остановке никого не было. Начинался дождь, и я зашел под козырек. На лавочке сидел черный кот и мирно созерцал падающие капли. Я приблизился к нему и сел рядом. Кот не испугался. Дождь расходился. Я хотел найти адрес отеля, но на телефоне не было связи. Ее не было уже несколько дней, но она мне и не требовалась, последняя неделя отвратила меня от телефона, я совсем про него позабыл.
Рядом со мной, на боковой стенке остановки, висела карта города с маршрутами. Я углубился в ее изучение, но это мне никак не помогло, отеля «Виктория» на карте не было, зато я заметил, что станция метро находится неподалеку. Сзади я услышал какой-то шорох и обернулся – кот настороженно смотрел на меня. Я снова начал наблюдать за дорогой, мне нужен был человек, хотя бы один, но, как назло, улица была безлюдна.
– Что ты здесь ищешь, Саймон? – я услышал чей-то голос. Звук его был протяжный и переливался.
Я обернулся, но никого, кроме кота не увидел. Последний склонил голову набок и прищурено наблюдал за мной.
– Что за черт! Кто… кто это говорит? – спросил я.
– Это я, Саймон. Неужели коты не могут говорить? Ты ведь сам всегда мечтал об этом. Так что ты здесь делаешь?
– Я совсем спятил. Разговаривать с… котом, – я протер глаза.
Я взглянул на кота. Глаза его были большие и желтые, звериные, совсем такие же, как были у демона в моих кошмарах, такие же, что были у того, кого я так страстно пытался увидеть.
– Я приехал сюда, чтобы… спрятаться от тебя. Чтобы ты не нашел меня.
– Чтобы я не нашел тебя? Ты боишься простого кота? И если ты боишься его, – кот сделал акцент на этом слове, – зачем же ты его искал?
– Я хотел… хотел его увидеть. Просто увидеть и все.
– Так не бывает, Саймон, нельзя увидеть дьявола, а потом забыть. Как нельзя увидеть смерть, а потом мирно жить. Тот, кто вступает во тьму, в ней и умирает, растворяется навсегда. Зачем мышке дразнить кота?
– Но я не хотел…