Этот вопрос прояснился позднее, когда Куйбышев 3 января 1925 года вновь выступал на Политбюро по вопросу о потребительской кооперации. Валериан Владимирович отметил целый ряд недостатков в работе потребительской кооперации, с которыми НК РКИ проводил борьбу: «Мы возлагали то или другое наказание за невыгодную сделку с частным капиталом, за кредитование частного капитала, в результате которого получалась невыгода, ущерб для государства, за преимущественные сношения с частным капиталом перед кооперацией, потому что часто были такие факты, когда на более убыточных условиях для треста, чем это предлагала кооперация, товар шел в частные руки. Такие случаи фиксировались нами как ненормальные, и мы их или отменяли, или указывали хозорганам на их нецелесообразность»[309] Он отметил также, что сложились ненормальные отношения между государственной промышленностью и кооперацией, когда кооперация фактически снабжает государственные тресты товарным кредитом: «Кооперация зачастую кредитует государственную промышленность, т. е. кооперация выплачивает зарплату рабочим. Донуголь, например, не имея возможности расплатиться с рабочими деньгами, выдает им ордера, по которым рабочие забирают товар в кооперативной лавке. Таким образом кооперация кредитует государственную промышленность и, надо сказать, кредитует систематически»[310].
Другая ненормальность в этих отношениях заключалась в том, что многие сбытовые синдикаты проводили политику реализации своих товаров только за наличные, что давало частному торговцу преимущества по сравнению с кооперацией, испытывавшей затруднения с мобилизацией наличных средств: «Директива Текстильного Синдиката о том, чтобы продавать возможно больше за наличные, является абсолютно неприемлемым условием. Насаждать там искусственно частную торговлю было бы полной нелепостью. <…> Мы имеем дело по некоторым отраслям промышленности директивы отпускать товар только за наличные, никаких кредитов кооперативам»[311].
Но коренной вопрос работы потребительской кооперации, который в марте 1924 года зацепил в своем выступлении на Политбюро Андреев, Куйбышев так и не поднял. На этот раз внимание на него обратил нарком финансов Сокольников: «Из того, что было доложено 4-мя докладчиками-кооператорами, нужно сделать один определенный вывод для самих себя: у нас по существу дела настоящей кооперации еще нет. По существу дела то, что мы сейчас констатируем, – это большая сеть учреждений, большое количество государственных средств, привлеченных к этой сети учреждений, и совершенно минимальный уровень собственных средств кооперации, уровень совершенно ничтожный. <…> В самом деле, мы должны отдавать себе совершенно ясный отчет в том, что кооперация только тогда осуществится, если она будет построена на привлечении собственных средств кооперируемых, это, во-первых. Во-вторых, при обязательном условии, чтобы они сами распоряжались этими средствами. То, что у нас теперь есть, может быть с большим правом так охарактеризовано: имеется четверть миллиарда казенных денег, которыми распоряжаются назначенные коммунисты, плюс к этому имеется кооперативная вывеска»[312].
Между тем эти вопросы поднимались еще на пленуме ЦК РКП(б) 26–27 июня 1923 года. На нем были приняты следующие директивы комиссии ЦК (с последующим докладом на Политбюро):
«1/ добровольность в обеспечении гарантий для рабочих и неимущих.
2/ намечение мер финансового облегчения кооперации.
3/ больше внимания низовым ячейкам.
4/ перенос центра внимания на вовлечение широких масс в кооперацию.
5/ намечение мер максимального усиления влияния партии на кооперацию.
6/ намечение мер по укреплению кооперации на окраинах.
7/ намечение мер по более тесному сближению кооперации с трестами в смысле реализации продуктов государственной промышленности»[313].
Как видно, пункты 1, 3 и 4 этого решения прямо нацеливали на развитие самодеятельности широких масс в деле построения кооперативной сети. Однако именно по этим вопросам дело по-прежнему обстояло неблагополучно, а председатель ЦКК – РКИ (как и другие докладчики на Политбюро) этими проблемами не озаботился и даже не упомянул их вообще. Лишь в ходе прений об этом заговорил Сокольников.
Одновременно с работой по линии ЦКК – РКИ Куйбышев продолжал участвовать в решении высшим эшелоном партийного руководства важных политических вопросов. Одним из таких вопросов, которым занималась возглавляемая Куйбышевым комиссия, созданная по решению Политбюро, был вопрос о так называемой активной разведке. Этим термином именовалась совокупность действий, совершавшихся как по линии Коминтерна, так и по линии ОГПУ на территории Западной Белоруссии и Западной Украины, оккупированных Польшей, и на территории Бессарабии (Молдавии), оккупированной Румынией. Эти действия заключались в содействии повстанческому и партизанскому движению в данных местностях под руководством коммунистических партий и поддержке его разведывательно-диверсионными отрядами ОГПУ.
