Я медлила, хотя каждое мгновение было на счету. Арим посмотрел на меня и улыбнулся, понимающе и ободряюще. Мои чувства были для него открытой книгой.
Захотелось завыть и, чтобы удержаться от столь позорного проявления эмоций, я устремилась в открытый проход, не поднимая на Арима взгляд. На мгновение время словно споткнулось, словно замерло и закрутило меня в ворохе эмоций... И вот я уже стою по другую сторону полога защиты, разноцветные Нити возмущенно трепещут перед глазами, Арим стремительно удаляется, губы горят, а ушах все еще звенит: 'Я люблю тебя. Помни об этом'.
Я раскрыла сжатую ладонь: маленькая серебряная фигурка расправившей крылья птицы.
Прощальный поцелуй... Прощальное признание... Прощальный подарок...
Он позволял мне уйти, потому что тоже знал: у нас нет будущего. Я сама создала эту стену, наделив неуязвимостью. Порознь мы почти всемогущи. Порознь.
Скрип двери в одном из домов, словно окатил меня ледяным душем. Быстро надев кулон и спрятав его под рубашку, вспугнутым зайцем я пошла-побежала прочь от Лэрша и бесстрашно углубилась в лес. Ноги увязали в снегу, разлапистые еловые ветки цеплялись за одежду. Я не знала троп, да и не стремилась их найти. Я не собиралась идти к своей цели пешком.
Через полчаса, взмокнув и устав, я вышла, наконец, на небольшую полянку. С облегчением сбросила тяжелый мешок прямо в снег. Совесть на мгновение подняла голову, ведь я взяла все необходимое без позволения хозяев. Подняла и опустила. Я ни о чем не жалела.
Сев на мешок, размотала шейный платок и расстегнула верхнюю пуговицу куртки. Налетевший порыв ветра обдал холодом разгоряченную кожу, и я, спохватившись, застегнулась. Заболеть я не хотела.
Глупость - это не поступок дурака. Глупость - это поступок человека, не позволившего себе подумать о совершаемом.
Резко встав, я развела руки в стороны и позвала Силу.
Создавая Переход, маг должен знать, что находится по другую сторону от него, видеть нужное место, словно смотрит в окно.
'...Ты быстрым шагом устремляешься к замку, что цепляется за скалу, словно птица за ветку. Последний оплот, уцелевшая твердыня в этом сошедшем с ума мире...'
Я улыбнулась и, забросив за спину мешок, шагнула в Переход. Только магия Жизни могла создать его...
В первое мгновение мне показалось, что замок ничуть не изменился, но, присмотревшись, я поняла, что ошиблась. Вместо трех башен в небо устремлялась лишь одна, да рваные обломки остальных. За спиной шелестели волны.
Кромешная тьма нарыла все вокруг: луна скрылась за облаками. Я не видела даже вытянутой руки, и непрошено проснулся забытый детский кошмар. Заставив себя глубоко вздохнуть, я поймала рукой одну из Нитей и свернула ее клубочком светового пульсара. На этот раз он горел ровным желтым светом. Ариму бы понравилось...
Окинув взглядом смолянисто-черную массу воды, я развернулась лицом к далекому замку и начала непростой путь вверх. Я никогда не была в горах, не умела карабкаться по неровным уступам, удерживать равновесие, когда из-под ног выскальзывают камни. Свет пульсара помогал мало. Несколько раз я замирала, слушая, как катились вниз сорвавшиеся камешки. Похоже, в той войне пострадал не только замок, но и эта тропа. Поверить в то, что Повелители совершали подобные переходы, я была не в силах, а это место было любимо, по крайней мере, последним из них.
Наконец, вспотевшая, уставшая, ободравшая руки и, возможно, подвернувшая многострадальную ногу, я упала на ровную площадку у стен замка. Несколько минут не думала ни о чем, кроме отдыха. Налетевший порыв ветра ловко юркнул под одежду, обдав холодом. Справедливо рассудив, что скорее замерзну, нежели отдохну, да и отдыхать приятнее в тепле, я встала.
Нужно было осмотреть свой замок.
Темная громада встретила меня настороженным молчанием. Оставив тяжелый мешок у порога, я бесстрашно вошла внутрь. Звуки шагов гулким эхом летели вперед, отражаясь от стен. Свет пульсара выхватывал из темноты странный рельеф стен, лохмотья ярких тканей: то ли штор, то ли драпировок. Ноги ступали по ветхому ковру, цвет которого определить было невозможно. Часто на пути попадались горы непонятного хлама: то ли остатки мебели, то ли военных орудий.
Все стены и двери были целы. Я даже засомневалась, что башен во сне было три: изнутри замок выглядел совершенно невредимым. Обожженным, потрепанным, пыльным, грязным, но - не более. Разве что драконы сами уничтожили башни...
Остановившись перед небольшим окном, чье стекло было словно сложено из множества мелких цветных кусочков, я распахнула створки. В лицо дохнуло холодом и морской свежестью. Ветер разогнал облака, и лунная дорожка трепетала на воде.
Замок был мертв уже много десятков лет, но казался мне спящим. Отвернувшись от окна, я воскликнула:
- Проснись!..
- Проснись... нись... нись... - покатилось эхо по коридорам и затихло, словно испугавшись.
Я вздохнула. Нужно было искать комнату для ночлега и камин. О дровах я задумалась лишь сейчас и невольно вздрогнула. Дерево, что было в замке, для растопки явно не годилось.
- Справлюсь! - произнесла я вслух, чтобы услышать живой голос.
