Вана в изумлении распахнула глаза. Перед ней действительно стоял прославленный монах-воин Никодим.
Посланник Церкви, искатель гладиаторов. Ещё в почётной ложе он казался статным и солидным, но, оказавшись перед ним, Вана с трепетом смотрела на худощавого, высокого монаха. Он кротко улыбнулся, прекрасно зная о своём влиянии на оруженосцев. Затем он с серьёзным выражением лица принялся блуждать взглядом по шатру.
– Не волнуйся, юный Эгберт. Сегодня настал особый день для тебя и твоих друзей. Скоро начнётся священная церемония, и, возможно, твоя жизнь изменится навсегда. – Он обвёл шатёр рукой и громко произнёс: – Дорогие оруженосцы. Я знаю, вы все взволнованны и измучены состязанием. Хорошо отдохните и наберитесь сил, потому что сегодня вечером вас ждёт священная церемония.
Он снова повернулся к Ване и взял со стола золотой кубок.
– Ну что ж, Эгберт. Сделай глоток и приляг.
Лицо Ваны горело и чесалось, в горле пересохло, а веки отяжелели, словно налившись свинцом. Кивнув Никодиму, девушка сделала жадный глоток. Напиток был густым и тягучим, а на вкус мята. Вану охватила неимоверная усталость, а головокружение усилилось. Словно в тумане, она увидела, как другие оруженосцы подошли к лежакам, и почувствовала, как Никодим подвёл её к спальному ложу.
– Отдыхай. До скорой встречи.
Вана погрузилась в глубокий сон. В нём всплывали воспоминания о драконьем забеге. Под крики толпы она бегала по платформам, карабкалась и сражалась. Вместе с тем она ощущала боль от удара зелёного оруженосца, огонь из пастей горгулий, пылающий у неё на плече. А ещё она видела чёрного оруженосца. Он повернулся к ней и поздоровался. Девушку охватило тёплое чувство. Какая-то непреодолимая сила тянула её к нему, и она сделала шаг навстречу.
Парень протянул ей руку, и Ване захотелось схватить её. Но вдруг из доспехов оруженосца с шипением повалили клубы чёрного дыма, окутавшие его с головы до ног. Вана в страхе отдёрнула руку, а когда дым рассеялся, оруженосец исчез. Перед ней угрожающе выросла фигура лорда фон Шкелинбурга, и внезапно за его спиной выросли огромные чёрные крылья. Он занёс свой меч и собирался ударить им Вану, когда вдруг раздался голос, заставивший её вздрогнуть.
– Вана! Вставай. Вставай!!! – слышался глухой крик сквозь густую пелену сна.
– Ну всё, Эгберт, хватит дрыхнуть. Церемония начинается. Ты же не хочешь проспать самый важный момент?
Оруженосцы нетерпеливо столпились в шатре. Леопольд потряс Вану за плечо. Его отполированные до блеска доспехи украшала белая лента.
Девушка чувствовала, как натянулась кожа на её лице, а в костях словно бился пульс. Жжение и зуд стали сильнее, и она почувствовала накатывающую тошноту.
Слабо соображая, Вана поднялась, и тут же двое слуг проводили её за занавеску, протянув ей новые, до блеска вычищенные доспехи.
Однако, взглянув на своё отражение в кувшине, Вана не заметила ничего особенного. На неё устало смотрел всё тот же юноша с прыщавым и слегка бледным лицом. Она по-прежнему была Эгбертом.
Освободившись от изношенных доспехов, девушка опустила взгляд вниз и принялась осматривать себя. Синяки и ссадины, усеявшие её тело, напоминали об участии в драконьем забеге. Родимое пятно слегка выпирало вперёд. И почему-то Вана снова подумала о чёрном оруженосце на третьем уровне. Почему он даже сейчас всё не шёл у неё из головы?
Когда она вышла в новом наряде, слуги тоже повязали ей праздничную ленту. Затем Вана встала в ряд вместе с другими оруженосцами. Вместе с Леопольдом она возглавляла процессию как победитель, а за ними шли остальные её соратники в праздничных нарядах, а слуги замыкали шествие.
– Все готовы? Тогда идём, – произнёс заглянувший в шатёр господин фон Сакс.
Оказавшись на улице и ощущая приятную вечернюю прохладу, Вана вдруг почувствовала, как её левое ухо зачесалось, и Альдо подал голос:
– Вана… Вана… Мне нужно с тобой поговорить. Срочно!
Он почти срывался на крик, и Вана испугалась, как бы оруженосцы не услышали их разговор.
– Тсс‐с! Альдо, я не могу. – Девушка осмотрелась по сторонам, но, кажется, никто не обратил внимания на её шёпот.
Прозвучала команда, и процессия медленно пришла в движение. Оруженосцев сопровождали тихие звуки лютни и песнопения, а по сторонам с тихим благоговением выстроились зрители, держа в руках фонарики, факелы и маленькие флажки с гербами горячо любимых рыцарей.
Отряд прошёл по дорожке, ведущей из церемониального шатра, и свернул на большую аллею, выходящую к фестивальной площади. Вана была так взволнована, что, помимо жжения на лице, снова ощущала неистовый стук сердца. Стояла прекрасная летняя ночь, и арену освещали бесчисленные огни. Маленькая группа оруженосцев графа фон Фридберга примкнула к остальным, и процессия пополнялась все новыми рыцарями и оруженосцами.
– Вана… я серьёзно говорю. Тебе нужно убраться оттуда. Сейчас! – прошептал Альдо ей на ухо.
Вана на мгновение опустила взгляд и сделала вид, что почесала затылок.
– Альдо, мои нервы и так на пределе. Никогда в жизни бы не подумала, что осилю драконий забег. Я не могу сейчас… Ай!
