Снова загремели фанфары, и время от времени слышалось оживлённое бормотание. Затем к ним присоединились одиночные хлопки и вдруг арена взорвалась аплодисментами. Слова Никодима возымели своё действие. Вокруг стоял оглушительный шум, ведь жители Аммерлинга никогда в жизни не видели ничего подобного, ни в своём городе, ни даже во всей земле.
Взглянув на Вану, Никодим кивнул гладиаторам. Остальные оруженосцы увели девушку с арены, а гладиаторы шли рядом, защищая её. Вана была ошеломлена, нервный смех застрял у неё в горле, от страха её прошибал холодный пот, а на глаза навернулись слёзы отчаяния. В эту минуту хотела лишь одного – вернуться домой.
Гладиаторы отвели её в просторный шатёр, который охраняли другие рыцари в доспехах. Слуга пригласил девушку внутрь и благоговейно опустил взгляд.
В шатре было темно, и Вана устало огляделась. И тут она заметила фигуру, которая сидела на стуле, слегка сгорбившись.
– Ох, Ванара. Что же ты опять натворила?
Вана не могла поверить своим ушам и глазам, когда поняла, кто был с ней в одном шатре.
– Тётя Мильда, как ты здесь оказалась?
Вана остолбенела. Её тётя действительно сидела в шатре и смотрела на неё, слегка покачивая головой.
– Ванара, ты уже успела натворить немало глупостей за свою юную жизнь. – Она поднялась и медленно подошла к племяннице. – Но это уже переходит всякие границы.
Слёзы текли по лицу тёти Мильды, и Вана, всхлипнув, потупила взгляд. Случилось то, чего нельзя было допустить ни в коем случае. Она огорчила тётю, возможно, даже втянула её в неприятности.
– Тётя Мильда… мне… мне очень жаль. Я просто хотя бы разок хотела доказать…
Тётя сердито прохаживалась взад и вперёд, вытирая слёзы.
– Что доказать? Что ты такая же безбашенная, как и твой отец? Что ты можешь сражаться наравне с мужчинами? Что пожертвуешь своей жизнью ради церкви?
Вана не осмеливалась взглянуть ей в глаза.
– Этого всё равно никогда бы не случилось. Я просто хотела проверить, смогу ли я вообще преодолеть драконий забег. Гномы оставили бы всё втайне, и тогда я бы вернулась к своей прежней жизни.
Тётя Мильда горько усмехнулась.
– Гномы! Ты действительно думаешь, что их зелье может вечно скрывать правду? Не считая юного оруженосца, которого ты ранила и заставила исчезнуть, чтобы занять его место. Вана, это преступный обман! Тебя накажут за это. И меня заодно. О чём ты вообще думала?
Мильда тоже уткнулась глазами в пол, и они обе молча посмотрели друг на друга. В голове у Ваны проносилась вереница мыслей. Её терзало чувство вины, но к угрызению совести примешивалась и гордость. Наконец она выпалила:
– Я просто обязана была это сделать, понимаешь? Обязана! С самого раннего детства я чувствовала своё призвание. Я больше, чем простая служанка на постоялом дворе. Гномы со мной согласны. И рыцари тоже признали это. Даже весь Аммерлинг поддержал меня. Почему только ты не хочешь это принять? Я чувствую, что способна на большее!
В ярости Вана опрокинула маленький столик.
– Именно это меня и пугает! – вскричала тётя Мильда. Она сглотнула, пытаясь успокоиться. – От этого я и хотела тебя уберечь. Он в тебе, этот огонь дракона. Ты дочь Балина, и поэтому тебе передалось его нечестивое наследие. А теперь… теперь пути назад нет, Вана.
Тётя Мильда подошла вплотную и взяла племянницу за руку. Вана больше не могла сдерживаться и горестно разрыдалась. События последних часов обрушились на неё как осенний ливень, и вид печальной тёти Мильды причинял гораздо больше страданий, чем многочисленные удары и копья стрел. Вана вытерла слёзы и обеими руками взяла её за лицо.
– Тётушка, давай просто незаметно уйдём отсюда. Люди поболтают ещё пару дней, а к следующему турниру уже всё забудется. Ты же знаешь, как обычно бывает! Давай… пойдём домой!
Девушка поспешно сорвала ленту, собираясь сбежать из шатра вместе с тётей, но та остановилась и грустно улыбнулась.
– Уже поздно, Вана. Ты привела в движение колесо судьбы. И назад дороги нет.
Вана взяла её за руку.
– О чём ты говоришь, тётя? Прошу тебя, давай просто пойдём домой и спокойно поговорим!
– Твоя тётя права. Всё не так просто, как кажется.
Вана вздрогнула. В шатёр неслышно вошёл Никодим, кивнув тёте Мильде в знак приветствия.
– Ванара Эспершильд. Твоя выходка повлекла за собой серьёзные последствия, намного серьёзнее, чем ты и все мы когда-либо могли себе представить. Божественное Орудие в самом деле что-то почувствовало в тебе. – Он долго и вдумчиво смотрел на Вану. – Ты избранная. Ты не только должна стать первой женщиной-гладиатором, у тебя ещё и родимое пятно.
Откуда он узнал о её родимом пятне? Церемония, свет, голос во сне – как всё это связано? Стальное Перо. Так называл её тот незнакомый голос.
– Почему именно я?
На её глазах снова выступили слёзы. Слёзы растерянности, отчаяния и страха. Что всё это значит?
Никодим пожал плечами.
– А почему бы и нет? Пути Господни неисповедимы, и, возможно, причиной стала твоя смелось, твоя отвага, твоё рвение. Или наследие твоего отца, которое дремлет в тебе. Огонь дракона.
