– Здесь явно что-то не так. Мы уже заметили это тогда, на Арма Санкторум, но теперь улик становится больше, и у нас есть опасения, что бахедорцы вот-вот нагрянут, – вторил Саппо.
Вана подумала о Самаэле. Всё-таки он не шутил. За последние недели мирной жизни она уже почти забыла, что искала на страницах Библии секретные средства против драконов.
– Странно, что почти все гладиаторы сегодня собрались в академии. – Альдо провёл рукой по бороде. – Мне это не нравится. Они никогда не съезжаются со всех окрестностей.
– Не волнуйтесь. Если все гладиаторы здесь, я уверена, что со мной ничего не случится. Ну мне пора бежать на церемонию. Передайте от меня привет и проверьте, нет ли ещё новостей. Но сначала меня произведут в рыцари, а потом мы решим, что делать. Наконец-то я стану гладиатором… Вы представляете? – Вана крепко обняла ворчавших гномов и совершенно не слушала их возмущений. Круто развернувшись, она уже хотела вернуться к зданию академии с большим куполом, но Альдо схватил её за руку.
– Послушай, малышка, у тебя остался экстракт, который мы тебе дали?
Ах да! Из-за всей этой суматохи с битвой и её последствиями она совершенно забыла рассказать о слезах дракона. Утвердительно кивнув, девушка похлопала по висевшей на поясе сумке.
– Конечно, и я смешала его с драконьими слезами. Теперь у меня есть
Альдо поднял брови, и Саппо снова заговорил первым:
– Откуда ты зна…
Но его прервали внезапно зазвучавшие фанфары, и Вана заспешила прочь.
– Но как этой штукой пользоваться? – спросила она напоследок, не замечая удивления на лицах гномов. Ей было просто необходимо это знать.
– Жди знака, – ответил Альдо и взмахнул руками-лопатами, поторапливая девушку на церемонию. – Ты сразу всё поймёшь, когда увидишь его.
Вана прикусила губу. Опять эти загадочные знаки! Один она уже упустила на драконьем забеге.
– У нас в академии есть хороший друг, и мы непременно передадим ему, что ты находишься во власти
– И вы говорите об этом только сейчас? Так вот почему вы так часто сюда заглядываете! И кто же этот ваш друг? Господин фон Сакс? Леннарт? Или магистр Брант? Давайте, пьянчуги, рассказывайте.
Снова зазвучали фанфары, и гномы засуетились.
– Ещё не знаем. Мы переписывались с ним только по почте. Но это не важно, скоро ты сама его встретишь. А теперь давай поторопись. И смотри, не урони флакон с
Вана кивнула и поспешила уйти как можно скорее. Сделав несколько шагов, она снова обернулась и крикнула сквозь кусты:
– Ладно. А что будет, если я уроню флакон?
Альдо и Саппо украдкой переглянулись и почесали макушки.
– Э‐э‐э… тогда произойдёт ужасная, полнейшая дрянь! Просто открой его. Но не бросай как попало!
И тут же её друзья исчезли в подземном туннеле.
Вана поднялась по широким ступеням в Академию Титанов. К её удивлению, стражников в чёрных доспехах стало вдвое больше. Пробежав мимо небольшого отряда солдат, девушка небрежно поздоровалась. В ответ последовало молчание. Она удивлённо взглянула на их шлемы – они были полностью закрыты и скрывали лица практически целиком, оставляя лишь узкую прорезь для глаз.
Вана направилась дальше. У входа в академию она ещё раз взглянула на ворота Главного командования. Там стояло не меньше двадцати стражников, и Вана видела, как они запирали ворота деревянными брусками и железными засовами.
– Вот ты где! Идём, Стальное Перо, мы опаздываем, – запыхавшийся Леннарт тоже взбежал по лестнице и открыл дверь. Войдя внутрь, оба поспешили в главный зал. Вана на мгновение оглянулась. Ей показалось, или дверь за их спинами закрылась на замок?
– Рад, что вы тоже присоединились к нам! – голос господина фон Вайсфельса прорезал взволнованный гул, и Вана с Леннартом встали в ряд.
Оглядевшись по сторонам, Вана увидела внушительную толпу священников, рыцарей и гладиаторов. Казалось, сегодня в самом деле в зале собрались все воинские полки.
Волнительное чувство жара, преследовавшее её с самого утра, теперь усилилось. Она вздохнула и на мгновение подняла взгляд к потолку с большим стеклянным куполом. Сквозь разноцветные витражи едва виднелось беззвёздное ночное небо, затянутое облаками.
Затем по рядам гладиаторов пробежал ропот, и на трибуну поднялся кардинал Харбингер. Он коротко окинул испытующим взглядом собравшихся гладиаторов и улыбнулся.
