Ванька-ротный полностью

Когда не надо, они сыплют трассирующими подряд. А сейчас, когда нам дорога каждая минута, притихли и не стреляют! |Стой вроде как перед ними на коленях с протянутой рукой и как милости жди!|

У немцев на высоте |траншеи отрыты в полный профиль,| достаточно пулеметов и минометов. Не достает только колючей проволоки в четыре кола, да минных полей перед траншеей.

До немецкой траншеи по моим расчетам осталось метров сто |двадцать — сто пятьдесят|. Мы поднимаемся на ноги и снова медленно двигаемся в гору. Склон высоты становится все круче.

Я посматриваю влево и вправо: там постреливают и видно, как летят трассирующие. Направление мы держим правильно. Здесь пока встречных выстрелов нет. Нам нужно подойти еще ближе к ним |, метров на сто|.

Делаю знак сержанту Данилину, он идет впереди |, шагах в десяти|. Он останавливается. Я подхожу к нему ближе. Показываю ему знаком лечь на землю, а Кузьме накрыть нас с головой плащпалаткой.

Из всех разведчиков один Кузьма тащит на себе заплечный мешок. Остальные идут налегке.

Разговаривать на таком расстоянии от немцев нельзя. Разговор вполголоса мы ведем под плащпалаткой.

— Подойдем к немцам метров на сто! Разведешь ребят по фронту! Дистанция — двадцать метров. Пусть тут же окопаются. Саперные лопаты у всех есть. За три часа нужно успеть зарыться по грудь. Ты с ребятами останешься здесь до утра |завтра до ночи. С наступлением темноты| пошлешь двух связных к реке. Стрелковая рота подойдет туда в первой половине ночи. Солдат-стрелков будет выводить сюда лично комбат. Приведете его сюда, укажите рубеж, дождешься стрелков, сделаешь смену — и сразу назад. Часть роты будет находиться здесь, а остальных они выведут позже. У меня всё! Вопросы есть? Приступай к работе! Мы с Кузьмой возвращаемся к себе.

Разведчики остались. Мы с Кузьмой, не торопясь, потопали назад. По дороге к себе я зашел к начальнику штаба, доложил ему о намеченном рубеже. Он выслушал меня и остался доволен.

Добравшись к себе, я вызвал старшину и велел ему направить в нейтральную полосу двух санитаров.

— Пусть возьмут носилки! Я обещал раненому солдату! Санитарам передай! Если раненый в живот к рассвету не будет в санроте, то к ним будут приняты меры.

Потом мне рассказывал старшина, что посланные санитары подошли к раненому, обшарили его и сказали, что не могут взять, потому что пришли без носилок.

— Я послал для проверки Валеева. Он шел сзади них до самой реки. Когда они вернулись с пустыми руками, он повернул их назад. Носилки валялись у переправы. Вот, товарищ гвардии капитан, какие проходимцы еще встречаются здесь |на фронте|. Из них запросто нужно сделать пропавших без вести!

|— Есть, старшина, подонки и гниды! Но, не все! Среди санитаров есть и люди!| А ты что скажешь, Кузьма?

— Разрешите, товарищ гвардии капитан, я с этими двумя санитарами разделаюсь?

— Не разрешаю! Спать давай ложись!

Остаток ночи мы с Кузьмой отдыхали. Утром позвонили из штаба, меня снова к себе вызывал майор.

В полку в это время комплектовали штурмовые группы. Ночью их выдвинут на исходный рубеж, а завтра с рассветом они пойдут штурмовать высоту. На этот раз по высоте сосредоточили около двух десятков стволов артиллерии, провели пристрелку вершины. Это был основной и последний укрепленный рубеж противника. Если завтра штурмовые группы полка возьмут высоту, то дорога на Духовщину будет открыта. На флангах немцы не удержатся. Силы у немцев на исходе.

— Чтоб не было, как прошлый раз, путаницы, — сказал мне майор, — ты доведешь комбата до исходной позиции! Подождешь, пока он выведет туда штурмовые группы. Снимешь разведчиков и отойдешь к реке. Во время наступления тебе нужно быть в районе переправы. Мало ли что может быть? Штурм высоты был назначен с рассвета.

Разговор был окончен. Я вышел наверх, где меня дожидался Кузьма, |Я стоял около штабного блиндажа,| посмотрел в сторону высоты и подумал:

— Без крови, просто так, ее немцы не отдадут. Сколько солдат положили уже вокруг, с тех пор, как перешли здесь Царевич. Сотни две завтра пошлют штурмовать, половина из них останется лежать на подступах к высоте неподвижно. Нужны танки, самоходная артиллерия. А пехотой немцев с вершины не выкурить. Стрельба из пушек с такого расстояния результатов хороших не даст. Нужно бить по траншее, а они, как всегда, будут вести огонь по площадям.

При проработке плана данной операции в полку и в штабе дивизии над штурмом высоты особенно не мудрили. Все делалось быстро и просто. Проработали и подсчитали боеприпасы и количество стволов, прикинули площадь обстрела, получили подходящую плотность огня и отдали боевой приказ: «Десять минут артподготовки и штурм высоты!»