— Нет, князь, до моей «Бури» никакому скакуну не дотянуться! А он своим дыханием полез ей прямо в ноздри! Мой конь его не терпит!
— Да он по мне с ума сходит! — возмутился Маркос. Вараж рванулся было, чтоб ударить его.
— Кончай, Вараж!.. — приказал Артак. Вараж с ворчанием отступил:
— Нахараров не уважает!.. Хоть при нахарарах должен был бы признаться, что я его обогнал! — и, задыхаясь от ярости, вновь обратился к Маркосу: — Ладно, еще вернемся на конюшню, там я из тебя кишки выпущу!
— Хо-хо-хо-хо!.. — гремел басовитый хохот Мартироса. Скакуны были в поту. Вараж внезапно опомнился:
— Эй, скорее гоните по конюшням, — простынут… Юноши вскочили на коней и мелкой рысью направились в город.
— Хорошо смотри за конями, Вараж… — сказал Артак. — Война у нас на носу.
— Из-за этого я и грызу себя!.. — отозвался Вараж.
— И парней продолжай приучать — славные выйдут из них воины! — продолжал Атом, кладя Варажу руку на плечо.
— Огонь парни у меня!.. — похвалился Вараж, забывая о своем раздражении.
— Молодец, хорошо знаешь свое дело! — одобрил Артак.
Из городских ворот вырвался конный воин, ведя на поводу двух оседланных скакунов. Подскакав к нахарарам, он доложил, что Спарапет спешно зовет их к себе. Нахарары тотчас поскакали в город.
Вараж взглянул на Маркоса. Тот как-то ежился и все держался за бок.
— Ну, что это с тобой? — с грубоватой заботливостью осеведомился, подходя к нему, Вараж.
— В боку боль схватила… — простонал Маркос.
— Да что ты?! — с беспокойством воскликнул Вараж. — Держись за мое плечо, друг…
Маркос навалился ему на плечо. Вараж обнял его, и она медленно поплелись в город. Но через несколько шагов Марков упал и стал корчиться от боли. Вместо того чтоб подбодрить его, Вараж испуганно воскликнул:
— Вот беда! Не сорвал ли ты себе, случайно, почки?
— У Мец-Морута схватило!.. — со стоном пояснил Маркос. — Если б не это, моя «Молния» обогнала бы твою «Бурю»…
Вараж чуть не обезумел от ярости:
— Что?! «Молния» обогнала бы мою «Бурю»?! Голову разобью тебе, если еще раз повторишь это!..
— И раз повторю и десять раз повторю!
— Эх, и толкает же меня сейчас сатана под руку: «Выпусти из него кишки!» — покачал головой Вараж. Маркос застонал и вновь схватился за бок.
— Ну, потерпи немного, дойдем — позову лекаря… Не разрывай же мне душу! Потерпи!
И он вновь заботливо подхватил Маркоса.
Прохожие со смехом и шутками наблюдали эти препирательства.
Немного позже из городских ворот выехал Арцви верхом на неоседланном своем коне, ведя на поводу скакуна Спарапета.
Конь Спарапета и его собственный были поставлены в те же дворцовые конюшни, где стояли кони остальных нахараров Напрасно конюхи указывали Арцви, что уход за конями — их дело, просили его пойти отдохнуть: Арцви никому не доверял ухода за скакуном Спарапета и своим собственным. Он решил вывести их за городскую стену, к берегу Аракса, чтоб искупать в проточной воде.
Засучив рукава и подвернув штаны, он вместе с конями вошел в реку.
На самом берегу разлеглись на солнцепеке два персидских воина и, разинув рты, сонливо озирались по сторонам.
Внимание одного из них привлекли скакуны Арцви. Он привстал и начал их разглядывать. Ему не понравился Арцви ни своей заботой о конях, ни своим вольным поведением. Особенно его задело то, что Арцви раза два взглянул в сторону персов, но как бы и не замечал их.
— Эй!.. — окликнул перс Арцви. — Кто ты? Как ты смеешь купать здесь коней?..
Арцви скользнул взглядом по его лицу и спокойно продолжал делать свое дело.
— Эй, с тобой говорят!.. — вновь окликнул его перс. Второй также привстал.
— А, что?.. Кто это?..
— Оборванец какой-то!.. — с гневом объяснил первый. — Купает коней в запрещенном месте! Эй, оглох ты, что ли?! Здесь ты и проехать на коне не смеешь, не то, чтоб купать их!
Арцви и не взглянул в его сторону.
Тогда персидский воин схватил камень и швырнул его в Арцви. Камень попал в скакуна Спарапета. Конь рванулся, еще миг — и, вырвав повод из рук Арцви, ускакал бы.
Арцви, не выпуская из рук поводьев обоих скакунов, подошел к персидскому воину и так ударил его ногой в грудь, что тот растянулся на земле без дыхания.
Второй воин сорвался с места, схватил с земли камень и также бросил в Арцви. Тот отклонился в сторону, вскочил на своего коня и, опять ведя на поводу скакуна Спарапета, кинулся на перса и смял его. На вопли перса выскочили его товарищи.
Из-за городских стен высыпала толпа, горожане также направились бегом к месту схватки. Подоспели и юноши, принимавшие участие в скачках.
Персидские воины забрасывали Арцви камнями, но тот ловко уклонялся от ударов; не оставаясь ни мгновения на месте, он носился вокруг персов, внезапно поворачивая коня, бросался на них и прорывал их окружение.
Скакуны разгорячились даже больше, чем сам Арцви. Они с ржанием вставали на дыбы и с таким бешенством бросались на персидских воинов, что те разбегались во все стороны. Послышались голоса:
— Хватит тебе, Арцви… Уезжай! Слышишь, Арцви?..
Но Арцви, весь окровавленный, со зловещей улыбкой на устах, сверкая глазами, продолжал нападать на воинов, пока не рассеял их.
