Он пропустил маленькую комнату с ободранными обоями, где обитали мужчины, а теперь только дядя Ваня, и сразу пошел в зал. Старикашка следовал за ним. Зайдя в комнату, он увидел второго жильца. Блондин сидел, облокотившись на спинку стула. Один взгляд на эту комнату, этого человека прояснили все! Брови Феликса поползли вверх! На него смотрели яркие васильковые глаза, такие глаза, что спутать их было невозможно с другими.
– Думаю, нам есть о чем поговорить! – сказал Феликс.
Мужчина усмехнулся, кивнул.
– Догадался, значит! – недоброжелательно произнес он. – Вань, иди в свою комнату!
Дядя Ваня зашаркал тапочками по коридору.
– Ты ее отец?
– Да!
– Почему сразу ей все не рассказал?
– Боялся, что она вспомнит. Вспомнит все!
Феликс прямо смотрел на собеседника, в то время как Александр, опершись подбородком на плечо, перевел взгляд на стену.
– Расскажи мне о ней!
Александр тяжело вздохнул. Знал он, что этот человек не отступится от интереса к Васильку. По какой-то причине прошлое дочери для него было важно.
Феликс был ее работодателем, его отношение к дочери в целом не выходило за рамки нейтрального общения. Сюда этого человека привело что-то другое, возможно, жизненная позиция, выработанная годами, придирчивость к мелочам и нюансам.
– Ну, хорошо! – начал Александр.– Ее зовут вовсе не Василиса, хотя это имя ей очень подходит. Кристина – вот настоящее имя моего ангела. Во внешности кое-что она унаследовала от своей матери. Та была красивой миниатюрной женщиной с правильными чертами лица. Мы встретились в Москве. Я заканчивал тогда аспирантуру, готовился к защите диссертации. Кира уже защитила диплом на факультете журналистики. Она всегда была очень активной, участвовала в семинарах, конференциях, общественной деятельности. Не знаю, почему она обратила внимание на меня. Я был тихоней, больше слушать любил, чем говорить. Между нами не было страсти, скорее мы просто считали наш союз перспективным. Ну, поженились, потом поступило предложение поработать в Германии. Мне, как физику-ядерщику, было интересно проявить себя в международном научном сообществе. Жена была рада тому, что перед нами открываются новые возможности.
Александр хмыкнул, встал со стула и подошел к окну.
– Обустраивались на новом месте мы по-разному. Меня уже ждали на работе. Команда ученых там была международной, поэтому говорили мы в основном на английском, я довольно легко вписался в коллектив. Ей, наверное, сложнее было, сразу возникли проблемы с языком, с работой. По специальности устроиться ей не удалось. Пришлось идти туда, где общение сводилось к минимуму. Она работала горничной в гостинице и параллельно ходила на курсы немецкого.
Мужчина сделал паузу, прислушался к тиканью часов, стоящих за стеклянной дверкой стенки. На улице сегодня было блекло. Снег таял, серые наносы от машин топили грязный снег по краям дорог. Галки разносили из помойки мусор. Именно в такую погоду они уезжали из России, и им так же уныло виделись эти пятиэтажки. Казалось, что там у них будет все по-другому. Александр отвлекся от созерцания пейзажа за окном, повернулся, чтобы уже спокойнее воспринять настоящее. Воспоминания о жене его раздражали.
– Через полтора года после переезда на свет появилась Кристина. Она была неспокойным ребенком, постоянно плакала, ела плохо, практически не спала. С ней было непросто. Мой отпуск после рождения дочери закончился быстро, через две недели я вышел на работу, и с этого времени мы стали жить в разных мирах. Я всегда был очень занят, у нас не было нормированного рабочего дня, иногда и выходные приходилось задерживаться допоздна. Вечером я зачастую просто засыпал. Именно в это время моя супруга начала меняться. Она перестала со мной разговаривать, относилась ко мне с пренебрежением и злобой. Она хотела домой в Москву, а мне совсем это не подходило. Я видел перед собой просто огромное поле интересов и деятельности, мне довелось попасть на самый центр передовых разработок. Она же видела только себя! Кира начала ставить условия, она третировала меня то молчанием, то скандалами.
Александр напряженно смотрел вперед. Даже сейчас он считал, что совершил ошибку. Ошибку, которую заставила его совершить она! Если бы Кира тогда занялась ребенком, проявила бы к Кристине любовь, дала бы ему полностью реализовать свой потенциал, сейчас все было бы по-другому. Он сделал бы карьеру в науке, Кристина не попала бы в эту ужасную ситуацию. Эгоизм одной глупой женщины разрушил все, она погубила их! Александр попытался обуздать свой гнев, продолжив:
– Я уступил. Дома вроде все началось налаживаться. Мать жены приходила посидеть с внучкой. Именно тогда я заметил, что с девочкой что-то не так!
– То есть? Она отставала в развитии?
Александр пожал плечами.
