— Нет, — Томми сильнее стиснул запястье, нервно оскалился. — Ты не понял. Как семья! Он мне… А я…
Он заморгал, отвёл взгляд, сунулся рукавом утереть нос, но вовремя опомнился, отдёрнул руку.
— Я не могу, — беспомощно сказал он, глядя на Джеймса. — Ты мне книжку принёс. А я тебя гнать буду? Я так не умею.
— Не надо, — мягко сказал Джеймс и поморщился, вытаскивая руку из сильных пальцев. — Глупо вышло. Мне очень жаль, что я… Жаль, что не получилось… Я бы… Ты хороший, — невпопад добавил он.
— Никуда не пойдёшь, — твёрдо сказал Томми. Для верности ещё и проход перекрыл, рукой в косяк упёрся. — Не пущу. Ты мне обещал с пирогом помочь.
Джеймс смотрел на него, будто ему только что казнь отменили.
— А Брану я в лоб постучу, — сердито сказал Томми. — Чтоб завязывал с шуточками.
— Майк с отцом пришёл, — снова сунулся Бран, заранее щурясь, чтобы не получить горсть муки в лицо ещё раз. Он ещё прошлую не до конца счистил с вечной кожаной куртки, между заклепками остались белые разводы.
— Вот иди и развлекай их, — сурово велел Томми. — А мы заняты. Давай, кудряшка, не стой столбом, надо яйца взбить.
За стойкой маячил Бран, сосредоточенно грыз зубочистку и листал последний номер GQ.
— А Томми где? — спросил Майкл, усаживаясь на высокий табурет.
— Заперся на кухне с твоей кудряшкой, — обиженно сказал Бран. — Я те говорил, Томми тя уделает.
Из-за двери раздался звон посуды и взрыв смеха. Оттуда сладко тянуло ванилью и цитрусами.
— Во, слышал? — Бран мотнул головой и мрачно усмехнулся. — Наверняка ебутся изо всех сил.
Майкл улыбнулся, цапнул Брана за ворот куртки и подтянул к себе, протащив пузом по стойке.
— Ты меня достал, — тихо сказал он, наклонившись к самому уху.
— Да вы чё, сговорились оба сегодня?.. — Бран попытался вырваться, но Майкл держал крепко.
— Если ты не заткнешь пасть насчёт Джаймса, — пообещал тот, — я те щас сниму штаны и отвезу в гей-клуб на Марчмонт стрит. Мож, тя попустит, когда тебя выдолбят.
— Да я же…
— Ты меня понял?
— Понял, понял, — раздражённо отозвался Бран, лицо у него пошло красными пятнами. — Я тока не понял, откуда ты Марчмонт стрит знаешь. Бывал?
— Видел, как ты оттуда вышел, — прошептал Майкл в ухо.
— Что?.. Да я!.. — Бран забарахтался, вывернулся из рук, отшатнулся. — Да я просто!.. Да я не знал!.. Да я сразу назад!.. Меня вообще Элли!.. Она всё — давай, давай!.. А я чё!.. Да я тока раз!.. Майк!.. Да я никогда!..
Майкл хохотал до слез.
— Погоди… — Бран покраснел, как ошпаренный. — Ты ж не мог меня видеть. Это в августе было, когда ты на курсы катался! Тебя ваще в городе не было!
Майкл лёг грудью на стойку, всхлипывая и вытирая глаза.
— Я пошутил… Не видел я тебя нигде. Просто пошутил… Я ж не знал, что ты у нас впрямь любитель через чёрный ход развлечься.
— Майк!.. — взвыл тот. — Да я только зашёл!.. Даже не разглядел!.. Это всё Элли!..
— Знаю, знаю, — Майкл дотянулся, похлопал его по плечу. — Ты Томми скажи, пусть твой номерок из списка вычеркнет. Я тебя по дружбе чпокну, вне очереди.
— Майк!..
— Да ты не бойся, я ласковый.
Бран закрыл лицо руками и съехал на пол. Майкл беззвучно стонал от смеха, запрокинув голову.
Обыграть Кристофера в бильярд ещё никому не удавалось, но Майкл не терял надежду. Он обошёл вокруг стола, щурясь на шары, замершие на протёртом зелёном сукне. Кристофер приложился к высокому стакану Гиннеса и добродушно усмехнулся.
— Хватит кружить, бей или сдавай партию.
Майкл положил руку на стол, пригнулся, прицелился. Удар вышел хороший, резкий, но шар пролетел через всё поле, без толку разметав соседей, в лузу не закатился ни один. Майкл чертыхнулся.
— Глазомер у тебя, как у суслика, — хмыкнул Кристофер. Сделал ещё глоток, перебросил кий с плеча на руку и одной атакой забросил в лузы сразу три шара.
Майкл сердито нахмурился, закусил губу. Он безбожно проигрывал — как всегда, как и каждый раз, когда они с отцом приходили в паб.
— Однажды я тебя обставлю.
— Вот я удивлюсь, — улыбнулся Кристофер.
С кухни тянуло умопомрачительным запахом горячего пирога. Бран скрёбся в дверь, но получал в ответ только хохот и направление по известному адресу.
— Они сожрут его без меня, — пожаловался он. — Они уже его жрут, я слышу!..
— А ты терпи, — посоветовал Майкл, склоняясь над сукном. — И повтори нам пиво.
— Я залезу к ним в кухню через окно!
— Подушку подстели, а то ушибёшься, когда обратно вылетишь.
Дверь на кухню широко распахнулась, выпустив клубы ароматного пара и лимонного запаха. Томми вынес на круглом подносе дымящийся пирог канареечного цвета, щедро посыпанный сахарной пудрой.
За ним показался Джеймс. У него на щеке был белый след, волосы тоже казались слегка припорошёнными. Глаза счастливо блестели.
— Майкл, — отец хлопнул его по спине кием. — Не отвлекайся.
Майкл сосредоточился, промазал мимо битка. Кристофер улыбнулся.
— Сдаёшься?
— Нет, — Майкл оторвал взгляд от Джеймса. — Доиграем.
— Как скажешь.
