Цена была вовсе не высокой, даже наоборот. Но даже это не могло помочь Косте. У него ведь нет с собой денег! Даже то, что мама выдала ему на проезд, он уже потратил на жвачки.
– У меня с собой ни копейки, – признался Костя и в качестве доказательства вывернул карманы.
Продавец цокнул языком, при этом поправив свои и так идеально уложенные волосы.
– Жаль, очень жаль, – вздохнул он, после чего внимательно посмотрел на Костю. – Впрочем, думаю, я смогу сделать исключение. Вы выглядите исключительно честным молодым человеком. А потому скажите, могу ли я рассчитывать, что вы принесете мне необходимую сумму, скажем, в течение недели?
У Кости перехватило дыхание. Этот чудак что, собирается отдать ему диктофон? Просто так?
На самом деле, Костя не собирался воровать диктофон. Дома в копилке у него имелись необходимые деньги, которые он собирал на покупку парочки микросхем. Но диктофон выглядел гораздо более выгодным приобретением.
– Д-да, – запинаясь, закивал Костя. – Обязательно…
– Что ж, договорились, – продавец по-старомодному протянул руку, чтобы скрепить сделку, и Костя с удивлением пожал ее.
Надо же, и правда чудак…
Завладев заветным диктофоном, Костя стал напряженно думать. Предостережение продавца о единственной попытке он запомнил хорошо, следовательно, предстояло решить, кто станет жертвой диктофона. Стольким людям хотелось отомстить! Пару раз он порывался нажать на кнопку, когда его обзывали одноклассники или отчитывали родители. Но Костя решил проявить терпение и дождаться подходящего момента. А до тех пор всегда носил диктофон с собой.
Долго ждать не пришлось. Костя даже не удивился, что самым ненавистным ему человеком – а значит, и жертвой диктофона – окажется Любомир Алексеевич, преподаватель фортепиано. Диктофон к тому времени находился у Кости почти неделю. В магазин, чтобы отдать деньги, он так пока и не зашел. Может быть, зайдет сегодня, после урока с этим старым козлом.
Костя не планировал пользоваться диктофоном так скоро, но во время урока преподаватель его довел. Сегодня он был в еще худшем настроении, чем обычно, и остроты его были особенно язвительными. Во время очередного потока ругани Костя не выдержал и, незаметно опустив руку в карман, нажал на заветную кнопку. После этого Любомир Алексеевич, как по заказу, говорил еще долго и громко, так что сомнений в том, записался ли голос преподавателя, не осталось.
Когда положенные шестьдесят минут мучений истекли, Костя побрел к остановке. Он вспомнил, что нужно занести продавцу деньги, но решил обождать. Неделя еще не прошла, да и сам он хотел для начала убедиться, что вещица работает. Ведь если это обычный старый диктофон, то и платить он ничего не будет. А вот если Любомир Алексеевич ногу сломает или ненароком с лестницы навернется, это уже другое дело. Кстати, интересно, как быстро действует диктофон?..
Предаваясь этим кровожадным мыслям, Костя добрался до дома. В квартире было тихо: родители еще не пришли с работы. Решив воспользоваться уединением, он достал диктофон и положил перед собой. Ему захотелось проиграть голос учителя, чтобы убедиться, что все записалось как надо. Включив запись, он приготовился впервые в жизни с наслаждением прослушать тираду ненавистного учителя, но вздрогнул, услышав собственный голос.
Сначала он подумал, что ему почудилось. Ведь диктофон старый, вон, даже с помехами запись проигрывает. Он перемотал на начало, снова включил. Но чем дольше говорил человек на записи, тем отчетливее Костя понимал: это его голос. Причем говорил он ровно те же слова, что и Любомир Алексеевич пару часов назад. Костя чувствовал себя сюрреалистично, слушая, как собственный голос с интонациями учителя распекает его же, Кости, музыкальные способности.
Но не это было самым страшным. Во второй части записи Костя начал различать и другие голоса, которые будто бы фоном вклинивались в запись. Те голоса звучали и вовсе жутко. Какие-то были тонкими и визгливыми, другие – низкими и басовитыми. Каждый из них что-то говорил, смеялся, плакал, некоторые даже кричали. Они становились громче и громче, постепенно заглушая его собственный голос.
Костя несколько раз проматывал запись назад, но так и не мог найти место, где начинали звучать другие голоса. Казалось, каждый раз они вступают чуть раньше. После десятка прослушиваний они уже начинали свой безумный хор с самого начала записи…
Что произошло дальше, никто толком не знает. Известно, что тем же вечером Костю обнаружили в невменяемом состоянии с диктофоном в руках. Он пытался убедить сначала родителей, а потом и врачей в том, что он теперь все время слышит голоса, даже когда выключает запись, они все равно звучат в его голове.
В итоге Костю забрали в психушку, разумеется, предварительно отобрав диктофон. Там ему стало получше, и через несколько месяцев он вернулся домой. Правда, с тех пор он потерял всякий интерес к технике, а от приборов вроде радио и даже обычного телефона шарахался, как от огня.
Вы спросите, куда делся диктофон?
