Вечера с Петром Великим полностью

Д.А. ГРАНИН: Я считаю, что для того, чтобы понимать, что такое литература, писателю надо добраться до непонимания своего героя. Достоевский говорил, что человек — это тайна. В большинстве случаев писатель вроде знает своего героя, знает, что он подумал, почему он туда пошел, почему он эту полюбил, почему он это сделал и т. д. На самом деле, великая литература никогда не знает этого. Достоевский никогда не знал и не мог понять, что двигало Раскольниковым, почему он совершил это преступление: из–за денег или для того, чтобы испытать свою волю. Писатель предлагает разные версии, но сам не знает этого до конца. «Человек — это тайна», и писателю важно добраться до тайны, то есть до непонимания. Вот когда добрался до непонимания, это прекрасно. Я в некоторых местах добрался до того, что не понимаю Петра: я не понимаю, откуда он появился в России, как из этого Кремля, из ленивой, душной, заспанной жизни смог появиться этот человек с его огромной, неиссякаемой и кипучей энергией, волевой, откуда–то знающий и понимающий, что надо делать. Что означал его Всешутейший собор, что означали многие другие его поступки? Вот когда в некоторых местах я добрался до недопонимания Петра, почувствовал какую–то его живую плоть, это было очень хорошо.

А.С. ЗАПЕСОЦКИЙ (читает записку):Кто из Ваших современников напоминает Вам Петра?

Д.А. ГРАНИН: Только один человек отчасти напоминал мне Петра, человек, с которым я был знаком и о котором тоже написал повесть «Зубр». Это был Николай Владимирович Тимофеев–Ресовский.

А.С. ЗАПЕСОЦКИЙ (читает записку):Даниил Александрович,скажите,пожалуйста,как Вы относитесь к киноверсиям на петровскую тему(«Петр I»с Симоновым, «Сказ про то,как царь Петр арапа женил», «Юность Петра», «Россия молодая»)?

Д.А. ГРАНИН: Я не все их видел, но, анализируя то, что видел, могу сказать, что был создан стереотип Петра: крикливый такой, шумный, с кошачьими усами и грозным взглядом. Симонов первым сыграл Петра и наложил какой–то свой отпечаток на эту роль. С тех пор все так или иначе повторяли симоновского Петра. Симонов сыграл замечательно, великолепно, но того Петра, которого он вместе с режиссером хотел изобразить. Однако это, может быть, совсем не тот Петр, который существовал в действительности; я, например, вижу Петра совершенно другим человеком.

А.С. ЗАПЕСОЦКИЙ (читает записку):Хотели бы Вы увидеть фильм,снятый по Вашему роману?Если да,то предъявили бы Вы какие–то особые требования к режиссеру, который осмелился бы это сделать?