Вечное равновесие полностью

Так получается, что главной характеристикой нормальных равновесных соотношений является попеременная сменяемость явлений и вещей, без чего неизбежно нарушалась бы сама норма и возникал бы дисбаланс, грозящий развитием деструктивных процессов. И, судя по всему, основная мысль, выведенная Екклесиастом из его жизненных наблюдений, состоит в утверждении того самого вечного закона равновесия, который работает в любом случае, хотим мы того или нет — если мы не поддерживаем равновесные соотношения сами и добровольно, то сила закона равновесия это сделает в любом случае и без нашего участия. То есть смена времён для всякой вещи под небом происходит в любом случае, хотим мы того или нет.

Далее среди прочего Екклесиаст говорит: «время разрушать, и время строить» (Еккл.3:3), «время разбрасывать камни, и время собирать камни» (3:5), «время искать, и время терять; время сберегать, и время бросать» (3:6).

Размышляя на тему трудовой деятельности человека и следуя простой логике, мы могли бы продолжить слова Екклесиаста примерно так: есть время для работы и есть время для отдыха. Но, похоже, это был бы слишком простой вывод, и всё обстоит несколько сложнее. Возможно, именно по причине такой неоднозначности, Екклесиаст не включил дихотомию «время работать — время отдыхать» в своё знаменитое высказывание (Еккл.3:1–8), хотя она вроде бы и напрашивается сама собой.

Заметим, что, например, в парах «разбрасывание — собирание» и «разрушение — строительство», несмотря на диаметральную противоположность действий, и та, и другая части этих дихотомий имеют нечто общее — и то, и другое является работой, то есть требует определённых трудовых затрат. И если посмотреть на некоторые другие пары выражений в тексте Екклесиаста, то можно увидеть, что практически все они связаны с неким трудом. То есть понятие «труд» по сравнению с перечисленными понятиями относится к более объемлющей категории более высокого порядка.

О перечисленных выше вещах, а также о смехе и плаче (4 ст.) или разговоре и молчании (7 ст.) Екклесиаст совершенно определённо сказал, что для каждой из них есть своё время. Но о труде, как таковом, сказано не так односложно, и потребовалось написать о нём гораздо подробнее. Читаем дальше со стиха 9:

9 Что пользы работающему от того, над чем он трудится? 10 Видел я эту заботу, которую дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в том. 11 Все соделал Он прекрасным в свое время, и вложил мир в сердце их, хотя человек не может постигнуть дел, которые Бог делает, от начала до конца. 12 Познал я, что нет для них ничего лучшего, как веселиться и делать доброе в жизни своей. 13 И если какой человек ест и пьет, и видит доброе во всяком труде своем, то это — дар Божий.

(Еккл.3:9-13)

Что мы видим отсюда? Во-первых, эти слова как бы подводят итог и обобщают всё сказанное до того в стихах 1–8. Практически вся жизнь человека, состоящая из перечисленных в этих стихах вещей, сопряжена с трудом. Строить и собирать, искать и сберегать, воевать и налаживать мирную жизнь, даже в каком-то смысле говорить и молчать — всё это труд или работа. Во-вторых, здесь различимо данное Богом Екклесиасту представление о жизни человека, как о некоем балансе между трудом и отдыхом, между напряжением и расслаблением. А в-третьих, автор делает совершенно однозначный вывод, что всякий труд хорош только с одним условием, если он сопровождается миром в сердце, весёлым настроем и добром, что без Бога невозможно в принципе, потому что это дар Божий.

Если пойдём ещё глубже, то отметим следующие слова: