– Какого хрена тут происходит? – заорал он, сбегая вниз.
Флинн расправил плечи и заслонил собой Габби, однако полицейские уже встали между ними и Хосе. Но тот все равно успел замахнутся и через плечо полицейского ударил Флинна в челюсть. Через несколько секунд полицейские скрутили его, надели наручники и увели в машину.
Следующее три часа были настоящим кошмаром. Полицейские взяли у Габби показания, сфотографировали птичник и увезли Хосе. Один из полицейских, работавший в Редвуд-Ридже, остался, чтобы проследить за фермой. Приехали Кейд и Дрейк, осмотрели, как могли, собак и вышли из птичника, где их ждали Габби и Флинн. Сказали, что всех, кроме двоих, придется усыпить. Раны оказались слишком серьезными. Чтобы не травмировать несчастных животных еще сильнее, они сделали все на месте, и Дрейк забрал тела в клинику для кремации.
Габби, несмотря на протесты Флинна, сидела рядом с собаками, которым вводили препарат, чтобы они не чувствовали себя одинокими. Пыталась утешить, гладила дрожащие тела и рыдала, как ребенок, пока у нее не заболело горло.
Кейд занялся пристройством других животных. Он поручил Эйвери обзвонить соседние фермы и позаботиться, чтобы у каждой козы, лошади и коровы появился новый дом.
Когда они закончили, уже спустились сумерки и воздух стал прохладным. Габби была разбита морально и физически. Ей казалось, что она никогда уже не сможет очиститься. Чувство вины, словно слой грязи, покрыло ее кожу и одежду, и она знала, что не сможет ее отмыть.
Габби беспокойно ерзала на пассажирском сидении и смотрела на проносящийся мимо пейзаж, который сливался для нее в одно пятно, когда они спускались с горы. Флинн вел машину. Он почувствовал ее смятение и взял Габби за руку, не отрывая взгляда от дороги. За все это время он почти ничего ей не говорил, но Габби знала, что и его тоже будут мучить кошмары. Она пыталась хоть немного согреться и утешиться, ощущая вес его руки, но все тщетно.
Флинн осторожно забрал у Габби ключи и открыл дверь ее дома. Дрейк занимался двумя питбулями, которых удалось спасти, а Кейд поехал домой к Флинну, чтобы позаботиться о Флетче в его отсутствие. Флинн понимал, что нужен Габби, и, черт возьми, Габби тоже была нужна ему! Поэтому, несмотря на все ее возражения, он собирался остаться у нее на ночь.
Он знал, что никогда не сможет избавиться от этих ужасных воспоминаний, и осознавал, как тяжело, должно быть, пришлось Габби, которая все так близко принимала к сердцу. Душа разрывалась от вида ее слез, и его страшно напугало то отрешенное, близкое к оцепенению состояние, в котором она находилась. За последние несколько часов она почти ничего не говорила и все время дрожала.
Флинн закрыл за ними дверь и положил ключи в ее сумочку, лежавшую на столике в прихожей. Апельсинка начала тереться о его ноги, и он, не сводя глаз с Габби, взял кошку на руки. Она радостно замурлыкала.
Габби остановилась посередине гостиной, как будто не зная, что делать дальше. Пустые голубые глаза уставились на стену, она продолжала дрожать.
Сердце Флинна наполнили горечь и гнев, не только из-за Хосе и того, что он сделал с этими беспомощными собаками, но и от того, что случилось с Габби, которая все это увидела. Флинн никогда не сможет стереть из памяти, как она сидела на грязном полу птичника, как двигались ее губы, пока она шептала слова утешения. Как пыталась успокоить дрожащими руками напуганных собак. Как по ее щекам текли слезы, пока Дрейк делал им смертельные уколы. Как кусала губы, обхватив руками живот, словно пытаясь защититься, пока Флинну приходилось надевать намордники на двух уцелевших собак, которые из-за страха проявили агрессию.
Черт возьми, ему сейчас больше всего хотелось обнять ее и прижать к себе.
Он опустил кошку на пол, подошел к Габби и встал напротив, но в этот момент ее вдруг охватила лихорадочная активность. Слезы покатились из уже покрасневших глаз, Габби сжала руками свой медицинский костюм, и не успел Флинн опомниться, как она начала срывать с себя одежду, словно та вдруг загорелась. А потом замерла перед ним: дрожащая, голая…
Черт. Он бросился в спальню, чтобы принести ей халат или что-нибудь еще, нашел футболку – пусть хоть ее накинет, пока не придет в себя. Но, когда вернулся в гостиную, Габби там уже не было. Флинн выскочил в коридор и увидел, что дверь в ванную закрыта. Сердце забилось так, что от каждого его удара все тело отзывалось болью.
Положив руку на дверную ручку, Флинн проглотил комок в горле и подумал, стоит ли открывать ее. Он слишком сильно за нее переживал. Когда он просунул голову внутрь, прямо в лицо ему ударило облако пара.
Хорошо. Она принимает душ. Ее можно понять. Он выскользнул обратно в коридор и отправился в спальню Габби, чтобы найти более подходящую одежду, ведь теперь уже не было срочной необходимости надеть на нее хоть что-нибудь.