Охотник больше не летел напролом, сокращая расстояние строго по прямой, но всё равно ему потребовались считанные секунды, чтобы добраться до Йен. И вновь Геральт вмешался, взмахнул клинком там, где мгновение назад была шея монстра, отгоняя его подальше. Ведьмак не мог двигаться с такой же скоростью, но длина меча и явная неопытность противника, который уже несколько раз мог достать Геральта, ощутимо компенсировали этот недостаток.
Белый Волк небрежно отмахнулся и сделал вид, будто меч слишком уходит в сторону — эта откровенная уловка ни за что не сработала бы с Брэеном, но охотник клюнул и рванулся вперёд, напарываясь на уже вернувшееся серебряное лезвие. Геральт развернулся — и вместе с ним повернулась Йен, прижимаясь к ведьмаку плечом и вскидывая пистолет. Два выстрела, один за другим.
Охотник явно был слаб по части тактики и не осознавал потенциал своих новых способностей, а может, это вещество, которое было в инъекторе, пагубно воздействовало на мозг, но всё же оно давало такую скорость, что наёмник смог уйти и от виртуозной атаки мечом, и от неожиданных выстрелов. Остались лишь неглубокие царапины.
— Чёрт, — проворчал Геральт. — Это слишком затягивается.
— Верни мне магию, — и ему никакая скорость не поможет, — ответила Йен.
— Драго, ты как?
Чародейка обернулась, пока Геральт не спускал глаз с вновь застывшего противника. О чём он думал? Что планировал? Или такие периоды «отключения» от реальности были обычным следствием экспериментов и применения этих инъекторов?
— Пока держусь, — крикнул Драго под новую очередь выстрелов. — Он быстрый, но со скорострельной винтовкой не так уж и сложно. Так что это за хрень, Геральт?
— Я надеялся, ты мне скажешь.
— Ага, я ведь последние несколько месяцев тайно проникал в их лаборатории и… — Выстрелы стихли. — Чёрт.
— Что?
— Патроны кончились. Ничего, у меня есть ещё пистолет. — И всё же ведьмак уловил в его голосе секундную дрожь. — Я справлюсь.
Геральт наклонился к чародейке.
— Йен…
— М?
— Надо закругляться.
— Ну, я пытаюсь.
— Спровоцируй его ещё раз.
Йеннифэр вскинула пистолет и спустила курок, — а в ответ лишь что-то обречённо щёлкнуло.
— Полагаю, у меня получилось, — вздохнула чародейка, медленно отходя за спину Геральта. — Теперь он знает, что стрелять нам больше нечем.
Охотник набросился на них в ту же секунду. Он скользил строго вперёд, больше не сдерживая свою скорость. Обычный человек бы даже не понял, что противник уже слишком близко, что всё кончено, даже не начавшись, но Геральт был готов. Сделав финт в грудь наёмника, он тут же превратил укол в вертикальный взмах. Охотник перетёк в сторону, намереваясь сблизиться сбоку, — ведьмак ударил с полуоборота, отсекая эту возможность, и вдруг почувствовал пальцы противника на своём запястье. Ответный удар ножом был подобен молнии, без сближения, без замаха, — он просто возник из ниоткуда. Молнию нельзя схватить. Но Геральт как-то смог. На несколько секунд они застыли: охотник удерживал правую руку ведьмака, лишая возможности пользоваться мечом, а Белый Волк сжимал лезвие ножа прямо в ладони.
Если противник схватил за запястье, это вовсе не означает его победу. В таких случаях возможны разные варианты: перекинуть меч в другую руку, или нанести ей удар, или даже применить любой ведьмачий знак, который будет сочтён наиболее подходящим. Проблема в том, что другая рука Геральта была не просто занята — в неё вонзился клинок, который уже преодолел мышцы и добрался до сухожилий.
Охотник находился в более выгодном положении. Он в любой момент мог отпустить нож и атаковать ведьмака в рукопашную, что не составило бы труда с такой скоростью. Но жертва экспериментов хотела лишь вернуть своё холодное оружие: наёмник дёргал нож, как собачку за поводок, а Геральт только сильнее сжимал его, осознанно уродуя свою руку, понимая, что от это зависит его жизнь и жизнь Йеннифэр. Скоро уродовать будет уже нечего.
Чародейка выхватила пистолет, который всё это время был у ведьмака за поясом, и дважды выстрелила в охотника, — и в этот раз бежать ему было некуда. Когда тело свалилось на пол, Йен выстрелила в него ещё раз.
В бою, настоящем бою, когда тело и разум постоянно находятся на пике своих возможностей, на отдых нет времени. Ни минуты, ни секунды на то, чтобы перевести дух. Расслабишься — тебе конец.
Но сейчас, одержав сложнейшую победу, Геральт позволил себе отдышаться. Совсем чуть-чуть, чтобы восстановиться перед новым боем, который обещает быть ничуть не легче. Может, если бы не было этого перерыва, всё сложилось бы иначе. Или если бы он быстрее разделался с наёмником. Или если бы думал о товарище больше, чем о Йен. Или… или…
Ведьмак обернулся и увидел как второй охотник всаживает нож в живот Драго.
— Нет… — простонала Йеннифэр.
Драго попытался ударить его рукояткой уже пустого пистолета, но противник легко заблокировал этот удар.
— Йен, стой, — предупредил её Геральт.
Чародейка замерла с поднятым пистолетом.
— Не стреляй.
— Что?
— Не стреляй. Я сам с ним разберусь.
— Что ты несёшь?
— Я сказал: не лезь! — крикнул ведьмак на неё.
А потом — охотнику:
— Эй, ублюдок!
