— Драго, ты сможешь открыть серверную? — спросил он.
— Думаю, да. Пароль там одинаковый для всех.
— Тогда открывай.
— Но какой смысл? — Кабина с неприятностями только что проскочила 27-й этаж. — Мы не успеем ничего сделать с серверами. А для того, чтобы прятаться, там просто нет места.
— Открывай, — повторил ведьмак
Всё-таки Драго был солдатом — и солдатом хорошим. Не имея представления о планах Геральта, но понимая, что времени на споры и вопросы нет, он кивнул и направился к двери.
— Слушайте, я не хочу показаться… э-э-э… нехрабрым… — начал Лютик, нервно поглядывая в сторону лифта, который был уже на 19-м этаже, — но не стоит ли нам просто… уйти?
— Нет! — одновременно ответили Геральт, Йен и Драго.
— Ну ладно…
Все приблизились к стеклянной перегородке. Драго уверенно ввёл код на электронной панели, будто делал это каждый день, и та, смиренно пискнув, открыла дверь, выпуская на волю гул работающей техники. Вспыхнул свет — и тут же необъятное тёмное пространство с хаотично мигающими огоньками превратилось в упорядоченную систему стоек с оборудованием и узких проходов между ними.
— Что теперь, ведьмак?
— Заходите. — Геральт смотрел на Йен с Лютиком. — Укройтесь за этими шкафами.
— Что?
— У нас нет времени это обсуждать, — сказал Геральт и оглянулся на лифты в тот момент, когда номер этажа сменился на «7». — У Драго — винтовка и многолетний опыт обращения с ней, у меня — меч. Для вас же оставаться здесь…
— Даже не думай, — процедила чародейка, — что ты можешь избавиться от меня, запихнув в какой-то чулан.
— Йен…
— Нет! Я сказала: «Нет». Я останусь с тобой. — Йен достала пистолет и подняла его до уровня глаз, показывая ведьмаку. — Ты сам дал мне его.
— Чёрт, — фыркнул он. — Лютик, тогда ты…
— Геральт, я… я бы тоже предпочёл… — Поэт стоял в полной растерянности, всё ещё держась за гранатомёт и не зная, что с ним делать.
Электронный сигнал, обычно предназначенный для работников башни, которые с нетерпением ожидают прибытия лифта, в этот раз прозвучал для совсем других людей. И значил он совсем другое: время вышло.
— Лютик, — Геральт положил руку на плечо друга и отрезал: — не геройствуй, — и легко толкнул его в серверную, тут же захлопнув следом дверь. Через стекло на лице поэта отчётливо читались недоумение и обида, но этого уже никто не видел — все повернулись к открывающимся створкам лифта.
Четверо. Четыре человека, примерно одинаково худощавого телосложения, с бритыми головами, что делало их ещё более похожими друг на друга, в серых камуфляжных штанах и простых однотонных футболках. Без автоматов. Без пистолетов. Никто из них не вышел вперёд — они стояли в одну линию, и было неясно, ни кто у них за старшего, ни что они вообще собираются делать.
Драго, стоявший по левую руку от Геральта, поднял винтовку. «Если он сейчас начнёт стрелять, — подумал ведьмак, — эти ребята не смогут ничего сделать. Они просто умрут».
— Я не могу открыть огонь по безоружным, — проговорил Драго, похоже, разделяя точку зрения Белого Волка. — Это даже не самозащита.
— И что, будем просто стоять и таращиться друг на друга? — спросила Йен справа.
Что-то щёлкнуло и из-под потолка зазвучало еле различимое шипение, похожее на то, которое Геральт слышал, когда не получалось найти определённую радиостанцию. А затем — голос, холодный и металлический, а может, лишь искажаемый динамиками:
— Я послал людей к тому дому, чтобы вас привели ко мне. Но… вы пришли сами. Хорошо. Очень многое сильно упростилось.
— Это Крезо, — вполголоса сказал Драго.
— Правда, меня интересует лишь ведьмак, — продолжил лидер охотников, отсиживаясь где-то там, наверху, в безопасности, следя за происходящим через камеры. — Геральт, я хотел бы поговорить с тобой. Лично.
— Ну так спускайся, — сквозь зубы произнёс ведьмак.
Из динамиков выпорхнул смешок.
— Нет. Я буду ждать тебя здесь. Подумай над моим предложением… пока будешь сражаться за свою жизнь.
Всё время разговора с Крезо Геральт внимательно следил за посланниками лидера «Охотников». За свою жизнь он повстречал невероятно много людей и успел сделать определённые выводы об их поведении, даже, пожалуй, разделить виды поведения на несколько групп. Например, перед началом битвы или серьёзной драки, угрожающей жизни, большинство находится в нервном возбуждении, граничащим со страхом, в то время как другие вообще теряются и не могут в полной мере осознать реальность — и лишь немногим удаётся сохранить непоколебимость, как правило, лишь внешнее.
Солдаты Крезо не реагировали никак. В них даже не чувствовалось то редкое хладнокровие, свойственное профессионалам. Ни эмоций, ни мыслей, ни хоть каких-то признаков оживлённости или интереса к происходящему, который обычно присутствует у безоружного человека, когда ему в лицо направлен ствол винтовки. Они были… пусты. Обезличены.
