Потрясая фонариком, директор помчался на звук. И замер с открытым ртом, глотая воздух, как рыба. На газоне валялся товарищ Гузь, красавец завхоз, кандидат в члены партии, обожатель субботников и трудовой дисциплины. На груди преступника стоял лапами гордый Джульбарс. Вокруг валялись драгоценные фрукты, кои директор с таким трудом снова достал на базе. Поговаривали, что завхоз подворовывает, но кому не случалось унести в кармане банан или утащить в авоське неучтенный излишек репы? Пока звери оставались сытыми и ухоженными, директор закрывал глаза на мелкие шалости – всем хочется кушать. Но грабеж среди бела дня?!
Завхоз бормотал что-то о малых деточках, однако товарищ директор знал: Гузь жил вдвоем с дородной супругой, их единственный сын завербовался на БАМ и сбежал от родителей на край света. Милиция – и никаких гвоздей!
– Звони!
Беллочка побежала к телефонной кабинке. «Бобик» приехал быстро, завхоза забрали куда положено. Директор торжествовал победу, выписал премию отдельно Беллочке и отдельно Джульбарсу, взял отгулы и уехал в загородный пансионат поправлять нервы. По возвращении его, разумеется, ждал сюрприз.
На этот раз хулиган забрался прямо в кабинет руководства. Поигрался с бумагами, вывернул ящики, разодрал в клочья чучело белой совы, разбил чашку и оставил следы своего пребывания – видимые и обоняемые. Определенно некрупный зверь – кто-то из куньих, лемур или, скажем, прыткий валлаби. Жаль, отпечатки лап оказались нечеткими.
Снова призвали Джульбарса. В первый же вечер умный пес выследил негодяя. С лаем набросился на пустой с виду фонарный столб, носился как угорелый между клетками птичника, напугав до одури мелких птах, плюхнулся в пруд и вернулся запыхавшийся и виноватый, зажав между ног мокрый хвост. Поймать завхоза оказалось куда как легче.
Разъяренный директор пообещал пятьдесят рублей и неделю отпуска тому из сотрудников, кто изловит невидимого бандита. Желающих набралась уйма, идеи их посещали самые разнообразные. Юннаты подвесили над дверью кухни мешок с мукой, дабы обсыпать воришку и сделать его видимым. Обсыпало толстую повариху, она смертельно обиделась и положила на стол заявление, а зверье на два дня осталось без каш и пойла. Хитроумный Рувим Есич отчитал подопечных и вместе с мальчишками установил на газоне столб, увешанный колокольчиками, лентами, зеркалами, медовыми пряниками и пахучими кусочками ливерной колбасы. Столб смазали свежей смолой: кто полезет – прилипнет, поднимет шум. Любопытный воришка полез – тут Рувим Есич не просчитался, – но, едва увязнув лапой, запаниковал, удрал и впредь игнорировал приманку – в отличие от зоопарковых крыс и ворон, которых приходилось отдирать от столба и отмывать, невзирая на сопротивление. Сторож Палыч по старинке воспользовался сачком и даже поймал кого-то, но паршивец прогрыз сетку и удрал, пока сторож ходил за клеткой. В зоопарке царили разброд и шатание.
Почесав в затылке, директор сходил домой за антикварным «Платоном», нагрузил «дипломат» бананами и отправился на поклон к шимпанзе Улугбеку. Брюхатый умник единственный из животных имел ключи от собственной клетки, знал все, что творится в зверинце, и выражал свое мнение по любому вопросу. Дары приняли благосклонно, особенно «Государство»: местную библиотеку шимпанзе давно освоил, а газеты терпеть не мог. Выслушав долгий рассказ о постигших зоопарк бедствиях, он поковырял в зубах щепочкой, промолвил: «Взятка» – и погрузился в чтение. Пришлось пробовать – вдруг подкуп и вправду поможет угомонить бандита?
Ответственными назначили юннатов Гошу и Кешу: в конце концов, им единственным удалось наладить контакт с невидимой зверушкой. Каждый вечер после закрытия зоопарка ребята расставляли на газонах миски с печеньем, виноградом и ливерной колбасой, раскладывали игрушки – баночки, погремушки, яркие лоскуты. И подманивали зверушку, выхваливали, называли ласковыми именами. Даже научились играть с ней. Мальчишки бросали мячик, зверушка бежала за ним, цокая коготками, ловила и отпускала – бросай еще, маленький человек! Безобразия кончились, на мелочи вроде погрызенной репы или рассыпанного зерна директор больше не обращал внимания. Все замки и засовы в клетках усилили, побеги прекратились.
А потом преступник попался сам. Средь бела дня вдруг отчаянно затрубил мамонт Вася. Служители сбежались к мамонтятнику, Рувим Есич с питомцами тоже поспел. Бурый гигант топтался на месте, размахивал хоботом и всячески привлекал внимание. А в грязной воде рва, окружающего выгул, плескался и орал искомый зверь, отчаянно царапая бетонный бортик в попытках выбраться. Побежали за сачком и граблями, сунули в ров метлу – тщетно. Кто-то остромордый и толстопопый явно тонул и по мере того, как пачкалась шерсть, становился видимым. Близнецы не выдержали – скинув курточки, они один за другим сиганули в ров. Шустрый Кеша ухватил воришку за шкирку, Гоша вцепился в воротник рубашки брата, а мамонт вытянул хобот и помог обоим подняться наверх.
