Она знает, что сейчас произойдет. Он подойдет, чтобы осторожно и ласково заключить ее в объятия, и, если она не будет против, он в конце концов прильнет губами к ее губам в легком поцелуе, и, если она не будет против, поцелуи станут сильнее, глубже, настойчивее, и, если она не будет против, он будет добиваться примирительного секса сегодня вечером, после того как Тоби ляжет спать, и, если она не будет против, завтра же он начнет планировать романтические свидания, и весь день будет пытаться флиртовать с ней в переписке, и всякий раз, пересекаясь с ней в квартире, будет долго и нежно обнимать ее, хотя у нее много работы, и все это будет утомительно и тягостно. С Джеком всегда так: всякий раз, когда она соглашается выполнить одно его желание, это только порождает новые желания. Кажется, она только и делает что удовлетворяет потребности всех вокруг, находится уже на пределе сил и возможностей, и все равно этого недостаточно. Ее всегда мало. Он никогда не бывает доволен. Он всегда требует большего. Каждый момент близости, которую она ему дарит, возвращается к ней в виде многократно возросшей потребности, и поэтому она как бы дробит эти моменты на мелкие части и стратегически отдаляется от него так, чтобы не вызвать недовольства или паники, и сейчас, в эту минуту, в этой пыльной комнате, ей кажется, что оно того больше не стоит – не стоит ухищрений, необходимых, чтобы быть замужем за этим человеком.
–
– Элизабет, милая.
– Ты строишь из себя такого романтика, но на самом деле за этой маской ты просто испуганный ребенок, который хочет внимания. Маленький потерянный мальчик, вцепившийся в первого же человека, проявившего к тебе интерес, – в меня.
– Это несправедливо.
– Ты думал, что раз женился на девушке из богатой семьи, значит, никто не поймет, какой ты на самом деле деревенщина.
– Ага, а ты думала, что раз вышла замуж за художника, значит, никто не поймет, какое у тебя на самом деле каменное сердце.
– Может быть, – кивает Элизабет. – А может быть, мы придумали красивую историю и сами на нее повелись. Но пришло время взглянуть правде в глаза, Джек. У нас не брак, а плацебо. Какое-то время нам было хорошо вместе, но за фасадом ничего нет. И, скорее всего, никогда и не было.
Сейчас состояние их телефонов было бы уместно описать словом «разрываются»: они издают непрерывные трели, игнорировать которые в конце концов становится невозможно.
– Да кому так приспичило нам писать? – спрашивает Элизабет.
И вот они берут телефоны и обнаруживают сообщения от друзей, родителей одноклассников Тоби, его учителей, коллег по работе, и все эти люди разными словами задают один и тот же вопрос: «Вы видели?»
– О чем они? – недоумевает Элизабет.
– Господи, – говорит Джек. – Мой коэффициент!
– Твой что?
– Коэффициент эффективности!
Джек открыл электронное письмо от финансового директора университета («Поздравляю, дружище!»), в котором приводятся результаты подсчетов Алгоритма эффективности, и с изумлением видит, что за последние несколько часов ценность его работы в интернете возросла в геометрической прогрессии.
– Что за хрень? – в ужасе бормочет он, глядя на цифру, которая теперь многократно превышает его годовую зарплату.
В этот момент раздается тихий стук в дверь, и в спальню входит Тоби, держа в руках планшет и потерянно уставившись в экран.
– Солнышко? – спрашивает Элизабет. – Что не так?
– Что-то случилось, – говорит он, беспокойно хмурясь.
– Что?
– Что-то странное.
И Тоби поворачивает планшет, чтобы они могли видеть экран.
– Тут вы с папой, – говорит он. – Кажется, вы завирусились.
Драма в семи алгоритмах
Впервые пользователь выходит в сеть 15.04.2008 в 14:47:30 (UTC-06:00) с устаревшего браузера на старом компьютере; раньше он имел другой IP-адрес, но теперь очень медленно подключается к интернету через телефонную линию, проведенную во Флинт-Хиллс, штат Канзас. Пользователь унаследовал этот компьютер – который и так был самым дешевым из стационарных вариантов, когда его брали четыре года назад в магазине «Бест бай» в Топике, – от соседа, купившего новый компьютер и предложившего не только отдать старый бесплатно, но и настроить его и обучить пользователя основам компьютерной грамотности. Конечно, алгоритм «Фейсбука», пытаясь каталогизировать нового пользователя, не владеет этой информацией. Единственные данные, имеющиеся у алгоритма на первом этапе, – это ответы на два запроса, те два единственных запроса, на которые пользователь отреагировал: «Имя» (Лоуренс Бейкер) и «Интересы» (Джек Бейкер), причем на последнем ответе алгоритм долго буксует, пока не выясняется, что пользователь неправильно понял вопрос; в конечном счете он меняет Джека Бейкера на «Канзас-Сити Чифс», после чего его аккаунт верифицируется, а лента заполняется контентом и рекламой, связанными с Национальной футбольной лигой.