Вера, надежда, резня полностью

Он, несомненно, полон энергии. Когда он успокаивался, мы ставили ему песню, над которой работали, – каждый день новую. И он слушал, но слушал внимательно, с его глубоким пониманием ремесла, поп-музыки и того, как создаются хиты. Крис – забавный парень со специфическим чувством юмора, а еще он обезоруживающе прямолинеен. Он говорит, что думает, из принципа. Он жесткий человек и не боится высказать свое мнение. Так что Крис слушал, а затем выносил вердикт. В целом ему нравился наш материал, очень нравился, но иногда он высказывал неожиданные предложения, которые, если они принимались, радикально меняли песню.

Такое действительно было? Ты правда менял песню по совету Криса Мартина?

Да, мы это делали. Третья песня на пластинке, «Waiting for You», – баллада, но изначально там был наложен очень громкий, суперагрессивный закольцованный индастриал-фрагмент, совершенно поперек ритма от начала до конца песни. Эта петля и сейчас звучит в самом начале. Изначально она доминировала. Нам казалось, что это придает песне такое странное диссонансное напряжение, добавляет звуку нерва. Мы никогда особо не сомневались в этом материале, но, когда поставили запись Крису, он посмотрел на нас и сказал: «Ребята, я вас очень люблю, но нельзя ли послушать эту песню без этой чертовой консервной фабрики?» Тут Эндрю Доминик вскочил со стула и закричал: «Слава богу, кто-то это предложил!»

Как ты это воспринял?

Тогда мы были не очень довольны, потому что нам нравилась вся эта жесткость, но мы последовали его совету. Убрали индустриальную петлю, и осталась очень красивая, трогательная песня, яркая сама по себе – классическая олдскульная баллада, сырая, хрупкая и свободная. Так что слава богу!

Мне немного грустно говорить о том времени, потому что само место, где мы жили, сгорело в пожарах Малибу через пару недель после нашего отъезда.

Это немного жутковато, учитывая, что первая строчка песни «Hollywood» звучит так: «Пожары продолжались всю ночь».

Да, однако маленькая студия чудом уцелела. Все вокруг было буквально испепелено. Но я знаю, ее удалось восстановить. Думаю, она снова работает.

Возвращаясь к «Ghosteen Speaks», она невероятно запоминается своим аскетизмом.

Да, все сводилось к мантре или молитве. На самом деле на протяжении всего альбома для меня было важно раскрыть суть песни – без выдумок, украшений и брони, за которой можно спрятаться.

Мы уже говорили о «тонкости смертной завесы», верно? Что ж, «Ghosteen Speaks» кажется мне вратами, через которые могут войти духи и начать действовать.

Понятно. Теперь давай перейдем к более общим вещам. Как именно придумывались и записывались песни?

В самом начале, в группе The Birthday Party, если у меня была песня, я просто пел стихи Мику. Без инструмента, без ничего. Я немного играл на фортепиано, но не особо хорошо, так что фактически просто пытался объяснить свой замысел. Мик великолепно умел интерпретировать и упорядочивать хаос, бурливший в моей голове. Потом я напевал партию гитары и так далее. По сути, Мик пытался воплотить то, что я задумал. Это было очень примитивно, но в большинстве случаев срабатывало, потому что мы и добивались чего-то первобытного и хаотичного.

К тому времени, когда сформировались Bad Seeds, я уже сочинял песни на фортепиано. Я просто приносил написанные вещи, группа собиралась вокруг пианино, и я играл. Типа, вот песня, она звучит так, а вот еще одна, она звучит вот так. А некоторые песни мы сочиняли прямо в студии. Примерно так это и происходило в течение многих лет.

Правильно ли я понимаю, что твой новый импровизационный подход не годится для полноценной группы, где у каждого участника есть определенная роль?

Ну, это сложно: часто ведь обнаруживается, что ритм-секция накладывает на песню рамки и уводит ее куда-то, откуда нет пути назад. Как только, скажем, Марти вступает на басу, песня сразу обретает линейность, а когда работаешь без ритм-секции, освобождаешься от этой строгости. Вместо линейной или двумерной песни рождается нечто более лирическое и многомерное! Я бы сказал, стремящееся к небесам. Мне очень нравится, как «Ghosteen» постоянно стремится ввысь.