И вот прошли долгие годы ледяной пустоты в сердце... И я снова задаюсь этим вопросом — не лучше ли кинуться в омут, и чёрт с ними с кровавыми слезами после?.. И существуют ли они вообще — безболезненные пути к тому теплу, что так манит меня сейчас?
Я до сих пор не знала правильного ответа. Не могла оценить масштабов возможной катастрофы. Я просто искала оправдания своей страсти и вспоминала те далёкие времена, когда Лёшка был моим, а я этого не ценила. Да что там — я вообще смотрела тогда в другую сторону. И жалею ли я об этом теперь? Нет, ведь всему своё время.
Но, чёрт возьми, почему у меня такое чувство, что я всё-таки опоздала на свой поезд?
В девятом часу вечера, когда уже ехали по Белоруссии, и до Бреста оставалось примерно пять часов пути, Лёшка, как ни развлекала я его разговорами, стал конкретно залипать. Наконец остановился за остановкой общественного транспорта в каком-то населённом пункте, растёр ладонями лицо.
— Всё, перекур на часок. Мне надо вздремнуть. — Развернулся ко мне: — Вы тоже будете спать, или довезти вас до какой-нибудь кафешки, чтобы в машине не сидели?
— Лёш, может, хватит дурью маяться, а? — осторожно завела я свою вот уже двухчасовую песню. — Я вообще-то в Россию сама приехала, и ничего, живая. Ну я тебе обещаю, что не больше шестидесяти буду держать, м? — Так, хотелось игриво пихнуть его в плечо... но Алекс. — Лёш?
Он завис на пару мгновений и неожиданно согласился:
— Ладно, давай.
Быстренько поменялись местами, все со всеми: я за руль, Алекс назад, Лёшка на переднее пассажирское. Откинулся назад, подложил под шею валик... Но вместо того, чтобы закрыть глаза и наконец-то поддаться усталости, начал объяснять мне дорогу.
— Лёш... — улыбнулась я. — Я разберусь, правда! Спи уже, а? — и потянулась к магнитоле, чтобы выключить, но Лёшка отвёл мою руку:
— Не вздумай! Серьёзно, мне не мешает. Через час, если сам не проснусь, пихни меня, ладно?
— Конечно, — соврала я и глянула на часы: — В девять двадцать две. Всё, время пошло.
Руль лёг в ладони привычно и даже приятно. Это всё потому, что Лёшка был рядом — вот он, в соседнем кресле, протяни руку и коснёшься. Это придавало сил и уверенности. Да ещё и трасса, по которой мы ехали, была относительно свободная и хорошего качества.
Но, несмотря на это, первые минут пятнадцать Лёшка всё же то и дело приоткрывал глаза и мониторил обстановку. Я молча улыбалась на это. Хотелось шутливо закрыть ему ладонью глаза и сказать: «Спи давай, контролёр!»... но Алекс.
Примерно через два часа заехала на заправку. Мужчины спали. Я залила бак до полного, вернулась к кассе оплачивать, и в этот момент в зал зашёл Лёшка. Меня сразу же обдало теплом, но вида я, конечно, не подала, только улыбнулась. Думала, будет возмущаться, что не разбудила его, как договаривались через час, но он вдруг просто подошёл сзади и обнял, положив подбородок мне на затылок. Так просто и бесконечно нежно. Без лишних слов. И я тоже промолчала, только сердце затрепыхалось тоской — завтра утром, в это же время, мы уже будем врозь. Всё. Время вышло. И даже параллельная мысль, о том, что Алекс, возможно, тоже проснулся и может в любой момент войти, не смогла заставить меня выбраться из долгожданных объятий.
Впрочем, оказалось, что и Лёшка прекрасно всё понимает — в то момент, когда он уверенно победил в нашей недолгой немой схватке за то, кто будет расплачиваться за бензин, и сунул-таки кассиру деньги, он неожиданно отнял от меня и вторую руку тоже и отступил назад, к витрине с кофе и хот-догами. И уже через несколько мгновений в зал вошёл заспанный Алекс.
Около часа ночи были в Бресте, заселились в гостиницу «Беларусь» И Лёшка даже здесь не дал мне проявить самостоятельность — сам взял номера, сам оплатил. Один двухместный повышенной комфортности и один одноместный люкс.
— Вам люкс с окнами на восток или лучше на запад? — уточнила девушка на ресепшн.
— Мне чтобы кровать была большая, — устало ответил Лёшка. — И желательно неподалёку от двухместного.
— Номера на одном этаже, в одном крыле, — возвращая паспорта, улыбнулась администратор. — Но не соседние, а примерно через четыре номера. Завтрак включён, ресторан работает с восьми часов утра. Приятного отдыха.
Когда поднялись на пятый этаж, Лёшка протянул мне ключ:
— Твой люкс, а мы с Алексом посожительствуем. Алекс, ты как, храпишь?
— Не поняла, — заторможено взяла я ключ. — Почему?
— Потому, что тебе надо нормально выспаться перед завтрашней дорогой. Чтобы никто не ходил, не сопел поблизости и не ворочался. Фёрштейн?*
Я улыбнулась:
— Ja, mein General!*
И только когда вошла в шикарный, просторный номер на две комнаты с балконом, ванную с джакузи и огромной кроватью в спальне, до меня вдруг дошло, что всё это может значить...
********************
*Фёрштейн — от verstehen (понимать) (нем.)
*Ja, mein General! — Да, мой генерал! (нем)
*********************
