— Мальчишка ни в чём не виноват. Высадим поближе к людям…
— Мальчишка?! Это жопа с ушами, а не мальчишка!
Жо попятился, определённо осознав, что наставнице очень хочется его пнуть.
— Кэт, ты что? Я же не знал, что с рукой так получиться. Извини. Он же совсем малый…
Катрин сплюнула, неловко вытерлась остатками рукава. Посмотрела с жалостью, действительно как на слабоумного:
— Какой мальчишка, а, Жо?
— Которого вытащили. В длинной рубашке, — растерянно пробормотал бывший кадет.
— Жо, ты когда-нибудь слышал, что длинная рубашка иногда называется платьем? Ты, кавалер благородный, знатную даму Редро спас, чтоб ей соской подавиться. Исключительное сокровище, — башка ещё бестолковее, чем твоя. Ну и что теперь с этой соплячкой делать? Тьфу, придумал, кого вытаскивать. Ну что ты смотришь? Забился твой трофей под столик в кокпите. Не вздумай подходить — укусит. Да, не моргай ты как телок недоношенный. Иди, ради всех богов, — дел у нас полно.
— Ага. Тебе бы умыться нужно, — ошеломлённо пробормотал Жо, и пошёл на бак. Действительно, следовало срочно заняться стакселем.
* * *
Передохнули только в темноте. Торопливо сжевали набор продуктов, отрекламированный злой Катрин, как «ужин-импровизация».
— Чудной день, — сказал Вини-Пух, разрывая зубами сухую рыбу. — Вроде бы мы и до вечера дожить не должны были. А ведь ничего — звезды, ветерок, даже жратва есть. Ну, как тут в чудеса не поверить?
— Действительно, — Сиге виртуозно, одним движением содрал с рыбёшки шкуру вместе с чешуёй. — Жо, я осмелюсь спросить, — в госпоже точно нет колдовской крови? Уж очень она свирепа в бою. И поразить её ничто не в силах. Вы же тоже видели?
— Она говорит, что никакой иной крови, кроме человеческой, в ней нет, — пробормотал Жо. — Но я, честно говоря, на сто процентов не уверен, — мальчик глянул на лежащее в двух шагах тело Хенка. — Вообще-то, не только Кэт здорово сражалась.
— Это да, — вздохнул Вини-Пух. — Бой был просто жуть. Вспомнить страшно. Вы как демоны сражались. По тебе, Жо сразу видно, кто тебя учил. Ква тоже крут был, — вертелся, что тот москит ядовитый. Про леди я даже не говорю. Ну, и Хенк… Ведь вчера мы с ним вместе ужинали. Эх… Бился прямо как древний король из саги. Я, если боги дадут детей завести, первого сына в честь нашего бородача назову. Расскажу про бой немыслимый, про то, как мы с вами под звёздами сидели, смелого друга поминали. Пусть сын у меня мужчиной растёт. Я-то, стыдно сказать, серёдку боя и не помню вовсе. То ли без чувств лежал, то ли просто до беспамятства обделался. Стыдно.
— Мне тоже стыдно, — протянул селк. — Я из рубки выйти не мог. Выгляну, — точно шторм безумный: руки, ноги, оружие, кровь брызжет — рассмотреть не успеваю. От воплей сердце замирает. Где уж тут высунуться? И вздоха ведь там не проживу. Не для морских дарков такие битвы. Свирепы люди, что стурвормы весной. Жо, леди мне недовольство выскажет?
— Что вы чушь несёте? — Жо, неловко опираясь на локоть, отложил рыбий хвост. — Дрались все на совесть. Я видел как ты того островитянина острогой ткнул. Вини вообще дело спас, когда того шибко меткого типа с дротиками с носа драккара сбил. Мы же все дрались, как умели. Я, кстати, тоже середину боя не помню. Мы правильно всё делали. С Катрин нам нечего ровняться — ей сами боги оружие в руки вложили. А мы — в меру сил и таланта. Чего стыдиться? Что могли, сделали. Этот засранец пусть стыдиться, — Жо ткнул пальцем в сторону раба. — Хотя какой может быть стыд у крысы гладкой?
Зеро мгновенно перестал жевать и уткнул голову в колени.
— Не воин, не моряк, — селк пренебрежительно махнул мягкой ладонью. — Да, не дали ему боги настоящей жизни.
Все замолчали, запивая трапезу водой с чересчур щедрой дозой мёда. В тишине из кокпита отчётливо прозвучал голос Катрин. Предводительница бурчала:
— Хочешь — жри. Не хочешь — не жри. Здесь кушать не уговаривают. И не сверкай на меня глазёнками. Дурить попробуешь — мигом за борт спихну.
Вини-Пух ухмыльнулся:
— Жо, так ты кого выловил? — Таракана мелкого или девицу знатного рода? Я слышал, леди её кличкой Рататоск обозвала. Редкостное имя, благородное.
— Не знаю уж чего в нём благородного, — пробормотал Жо. — В воде думал — обезьянку вылавливаю. Может, и правда, редкостной породы. Ладно, чего сидим? Пора с блоками заканчивать…
Ближе к рассвету приковылял, цепляясь за плечо Катрин, шкипер.
— Получайте руководителя, — пояснила Катрин. — Видите ли, лежать он больше не может. Ну, уж дайте ему покомандовать, пока не помер. Адмирал Нельсон, хренов…
Квазимодо, уложенный у борта, принялся давать советы, но очень скоро отключился. Справились и без него. К тому времени, как солнце поднялось над бирюзовой поверхностью океана, «Квадро» уже мог уверенно нести стаксель.
* * *
