По коридору простучали шаги и Вини-Пух забарабанил в дверь предводительницы:
— Лодка, моя госпожа!
Жо выскочил в коридор. Катрин уже ворчала:
— Как же она отвязалась? Вы-то куда смотрели?
— Мы правильно смотрели, — обиделся Вини-Пух. — В смысле — Сиге правильно смотрел. Наше корыто на месте. Чужая лодка. Прямо по курсу.
Катрин немедленно нырнула в каюту за дополнительным оружием.
— Радар что показывает? Берег далеко?
— Вертушка? Вертушка рисует, что до берега очень далеко. Здесь широченная бухта. Островов нет. Мы, считайте, в открытом море.
Оторвавшись от подзорной трубы, Катрин сказала:
— Хрен его знает. Что-то беленькое чернеется. Может и не лодка. Тьма кромешная.
— Лодка, моя леди, — заверил стоящий у штурвала Сиге. — Узкая лодка, — человек шесть поместится. Но людей нет.
— Я тоже лодку вижу, — заявила кутающаяся в одеяло Рататоск.
— Брысь на место, грызун! — рявкнула Катрин.
Девчонка быстренько попятилась за спины моряков, но уходить вниз, естественно, не спешила.
— Лодка так лодка, — задумчиво сказала Катрин. — У Сиге не глаза, а прибор ночного виденья. Вопрос, — нужна нам эта лодка или без неё спокойно проживём?
— Обойдёмся, — поспешно заверил Ква. — Знаю я эти брошенные корабли, тайники и прочие пещеры с сокровищами. Только сунешься — ни сокровищ, ни тайника, а у тебя самого руки неизвестно кто пообрывал. Лодка у нас и так есть. Зачем нам вторая?
— Ну как же? — заворчал Вини-Пух. — Что, даже и не посмотрим? Интересно откуда она. Вдруг из Глора?
— Ну и что если из Глора? — возразил Ква. — Куда он, Глор, денется? До него ещё дней тридцать при хорошем ветре. Если мы вторую лодку заимеем — быстрее долетим?
— В лодке могут быть весла, — рассудительно заметил Сиге. — Весла нам пригодятся. На нашей лодке дрова, а не весла.
— Весла — это конечно, — неохотно согласился Квазимодо. — Но я бы всё равно, подальше держался.
— Что же мы, — роты пиратов не испугались, а здесь и взглянуть боимся? — спросил Жо.
Катрин молчала.
— Лодку сносит, — предупредил Сиге.
— Ладно, подойдём ближе, посмотрим, — сказала Катрин. — Хотя случайные лодки мне не нравятся.
Сиге включил двигатели и «Квадро» осторожно подполз к лодке.
— Низко сидит, — прошептал Квазимодо. — Или воды набрала, или есть в ней кто-то.
— Давай арбалет на всякий случай. И где Зеро? Пусть багром зацепит.
— Голозадый вниз удрал, — сообщила Рататоск. — Обкакался.
— Ну, всё, я ему завтра покажу «медвежью» болезнь, — посулила Катрин. — А ты, островитянка, что гуляешь? Я что сказала?
— Ухожу, моя леди.
Катрин о девчонке уже забыла, всматривалась в темноту:
— Фу, нехорошая какая-то лодка. Ква, как у тебя живот?
— Трудно сказать, — пробормотал шкипер. — Я перед сном гальюн проверял. Организм ещё сосредоточиться не успел.
Жо зацепил борт лодки багром, попытался подтянуть. Узкое судёнышко поддавалось неохотно.
— Воды полно, — сказал юноша. — Брошенная посудина.
За плечом посапывал Вини-Пух с взведённым арбалетом. Квазимодо повыше поднял лампу, Катрин подсветила электрическим фонариком.
— Ну? — вытянул шею, оставшийся за штурвалом Сиге. — Что там?
— Да можно сказать, — ничего, — с некоторой задержкой сообщил Квазимодо. — Не то чтобы совсем брошенная, но…
Узкая лодка едва держалась на плаву, — внутри покачивалась чёрная морская вода, тускло отражающая неяркую луну. Весла аккуратно лежали по бортам. На корме устроился скелет. Ворот ветхой рубашки был распахнут, сквозь дыры в облепившей ребра тёмной коже, свободно плескалась вода. Голова покойника опиралась затылком о пристроенный в качестве подушки, мешок. Почти до воды свисали редкие длинные космы.
— М-да, видно от жажды погиб, — прошептала Катрин. — Не из простых был морячок. Видите, — кружева на воротнике. Да, не зря я земную твердь предпочитаю. Там бы давно червячки с жучками всё прибрали.
Жо никаких кружев не видел. Взгляд приковывало лицо мертвеца, — ничего, в сущности, необычного — мумифицированный труп, череп в растрескавшейся коже, полуулыбка ссохшихся губ. И всё же казалось, что гримаса долгих и мучительных страданий так и застыла на коричневом лице.
Катрин кашлянула:
— Пожалуй, весла ему больше не нужны. Жо, держи крепче, — я на этом «Титанике» отправиться в одиночное плаванье не желаю.
— Кэт, может быть… — неуверенно начал Ква, но предводительница уже мягко соскользнула в лодку. Осторожно погрузила сапог в воду, стараясь не потревожить костей покойника.
Катрин уже перекинула на борт одно весло и потянулась за вторым, когда мертвец повернул голову. Отчётливо послышался скрип костей и треск лопающейся пергаментной кожи.
Коротко взвизгнула Рата. Вини-Пух вздрогнул и нажал спуск. Неточно выпущенный с перепугу «болт» булькнул в воду рядом с бортом лодки. Катрин замерла с веслом в руке…
Мертвец смотрел. Объяснить это было невозможно: глаз у покойника попросту не было — лишь ссохшиеся морщинистые впадины. Но он смотрел. Жо чувствовал этот взгляд, желудком, селезёнкой, и всем, что там имеется в потрохах. Кажется, все волосы на теле разом встали дыбом. «Сейчас швырну багор и завизжу», — мысль мелькнула и пропала.
Багор юноша всё-таки не бросил.
