— Безусловно. К тому же стоит учесть, что предполагается двинуться абсолютно неведомым маршрутом. По карте мы имеем представление лишь о морском побережье и устье реки. Поэтому Ква предлагает взять ещё один корабль. Надёжную команду он подберёт, остальные детали проработаем сообща. Важно принять принципиальное решение. Видишь ли, Фло, — я уже прошла через горы, и честно говоря, не хотела бы повторять сей туристический подвиг всей семьёй. Ладно я, — и Ква, и Теа, и даже этот коротышка Ныр, тоже отлично помнят сухопутный маршрут, и испытывают весьма похожие сомнения. Здешние горы, что б им провалиться, — это не Альпы и не Карпаты. Хотя путь по неизвестной реке наверняка будет изобиловать другими малоприятными сюрпризами. Давай-ка подумаем…
Конец первой части.
< >
Всё это чушь собачья. Нужно быстрее домой возвращаться. В «Двух лапах» беспорядок, собственная семья в цыганский табор превратилась. В Глоре хоть и прижились, но все твёрдо знают, что пора дальше отправляться. Уже бы и отправились — погода способствует, да десять дней назад приключилась странная история.
* * *
День был солнечный, удивительно тёплый. В Глоре эту пору называли «дарёной осенью». На самом деле, этакие погодные сюрпризы следовало считать немыслимо ранней весной. Горожане были уверенны, что зима уже не вернётся. Судя по всему, природа придерживалась того же мнения, — деревья стремительно, просто на глазах, зеленели. Катрин со своими «пришлыми» пребывали в глубочайшем изумлении. Местный люд снисходительно объяснял, что «дарёная осень» бывает регулярно, — каждые пять-шесть лет. Ну, или восемь-девять, — как повезёт. По мнению Катрин, подобные шутки природы никак нельзя было называть «регулярными». Например, на севере, насколько было известно, зимы были как зимы — долгие, суровые, с обильным снегом и трескучими морозами. А здесь, — что сказать? — легкомысленное курортное приморье. Жо, увлечённый климатическим фокусом, принялся в изобилии излагать версии: о тёплых течениях, тектонической активности в океане, и прочих глобальных глупостях. Катрин было наплевать, — пусть хоть вселенское потепление. Главное, можно пораньше отправиться в путь. В порту ждал «Собачья голова» — двадцатишестивесельный драккар, большая часть команды которого состояла из закадычных приятелей Ква и Теа. Одноглазый клялся, что лучшего корабля-партнёра для путешествия на север не найти. Верный «Квадро» скучал в укромной бухте — катамарану, как и Катрин, не терпелось двинуться в путь. Да, отправляться было решено двумя судами — на небольшом «Квадро» было тесновато, к тому же в одиночку подниматься вверх по незнакомой реке на катамаране, предназначенном для свободных вод, было рискованно. На реке манёвренный вёсельный драккар мог оказать неоценимую помощь. С моряками Ква договорился без труда — серебра для оплаты конвоя хватало, да к тому же не так и дорого запросили глорцы. Попутно глорцы (без сомнения, не без участия коммерчески мыслящего Квазимодо) собирались заняться и торговлей. Но главное — это, конечно, новый путь на север. Водный маршрут к землям королевства Ворона мог принести баснословную выгоду. Катрин не возражала. Торговля — естественный двигатель прогресса, к тому же команда «Собачей головы» не будет слишком болтать — такую коммерческую тайну, как речной путь на далёкий богатый север, будут беречь как зеницу ока, да ещё и детям вобьют в задницы, чтобы секрет блюли. На Квазимодо в организации таких выгодных секретных операций можно было целиком положиться.
Чудная погода сулила скорое отплытие. Экипажи с энтузиазмом готовились, а сама леди неожиданно обнаружила, что ей собственно нечего делать. На «Квадро» прекрасно обходились без неё, списки снаряжения давно были составлены, ремонт судов завершён. Катрин для порядка, естественно, бывала на катамаране, беседовала с Сиге, который выбрался в город только дважды, да и то был переправлен сугубо контрабандным методом — на лодке. К городам селк был равнодушен, — тюленя интересовали новые порты, маршруты, неизвестные земли.
«Квадро» казался привычным, родным, только очень тесным. Возможно, оттого что теперь на нём бывало куда больше людей. Теа чувствовала себя на борту совершенно свободно, Мышка с любопытством рассматривала кораблик и восхищалась великолепными зеркалами в каютах. Нужно признать, бывшая микробиолог полностью адаптировалась в здешнем не изобилующем удобствами мире и была совершеннейше удовлетворена собственным скромным бытом. Флоранс, как обычно без видимых эмоций, но придирчиво осмотрела судно, тщательно расспросила, кто в каких каютах будет располагаться, и предложила кое-что скорректировать.
— Тесновато нам будет, — с беспокойством пробурчала Катрин. — Фло, ты извини, но эти четыре «квадрата» каюты нам с тобой на несколько месяцев основным домом станут.
Фло насмешливо прищурилась:
— Мы тебя стесним? Уже соскучилась по вольным морям-океанам, корсарская капитанша?
