Катрин выслушала лекцию о местных нравах и обычаях. Жили на Тихой в полном соответствии с названием виллы — скучно. Отлучался лорд Цензор из дома редко, иногда в одиночестве, чаще с обоими стражами. Только тогда охранникам и выпадала какая-то серьёзная работа. В обычные дни — наведение порядка в доме и около, да дежурства. О подробностях таинственных дежурств Эрго сохранил интригующее молчание. Намекнул, мол, скоро сама узнаешь. Главное, чистоту соблюдать да беспрекословно приказы хозяина выполнять. Катрин спросила о местных разбойниках да где обитатели Тихой продукты берут. Охранник слегка замялся — о разбойниках, войне, да прочих новостях здесь узнавали, только когда выбирались на озеро пополнить запас продуктов. Там, на условленном островке, знакомый купец раз в два месяца останавливался и передавал выбравшимся в «далёкую» экспедицию жителям Тихой мешки с мукой и крупами. Экспедицию за пополнением запасов провизии возглавлял лично Цензор-преторианец, и потому вволю поболтать с речниками не удавалось. Катрин выяснила, что сама знает о произошедшем в Каннуте куда больше засидевшегося среди аванков и колдунов Эрго. Зато парень всласть любил поговорить. Между делом Катрин узнала, что черненькая Эррата благоденствует под защитой великого мага чуть меньше года. До неё была другая девушка. Сам Эрго оказался старожилом — охранял покой мага четыре года. Дикси появился почти тогда же, месяцем или двумя позже. История уединённой виллы Катрин волновала мало, и молодая женщина перевела разговор на кухонные проблемы.
— Вообще-то, хорошо что ты готовкой займёшься, — с грустью сказал Эрго. — Эррата девушка хорошая, только в последнее время вовсе не в себе.
— Приболела, что ли?
— Нет, у нас тут не болеют. Хозяин вмиг всё лечит. Эррата наша уж слишком переживать стала. Как чувствовала, что ты появишься. Любовь — оно, конечно, я понимаю. Но похлёбку то пересоленную, то недоваренную всё время жрать не станешь.
— Соус к фасоли был недурён, — заметила Катрин.
— Это потому, что Дикси на кухне торчал. При нём Эррата слегка в себя приходит. Не так переживает.
— Так о чём она переживает-то?
— Ты, Кэтти, высока ростом, да не шибко догадлива. О ком тут переживать можно, — парень скосил глаза в сторону хозяйской части дома. — О НЕМ, о чём же ещё? Я здесь четырёх кухарок пережил. Все вы одинаковые, пусть простят меня боги. Он же маг, хозяин — разве мыслимо в него влюбляться? А вы аж трясётесь с первого взгляда. Вот ты повзрослее вроде, и то… Хотя я понимаю…
Катрин промолчала. Словосочетание «пережил кухарок» произвело на неё неприятное впечатление. Действительно, Цензор — личность крайне осторожная. Так ли уж благоденствуют отставные любовницы? На расстоянии ни магические способности, ни деньги, рты людям не заткнут. А здесь отплыл, места тихие, аванки тоже кушать хочут. Чем не место успокоения надоевшей прислуги?
Столешница выглядела гладкой и сплошной — явно композитный материал. Возясь на кухне, Катрин всё чаще натыкалась на «артефакты». Винты, крепящие чугунную плиту над очагом, небывало изящные петли оконной рамы. Ещё уйма мелочей, никак не вписывающихся в стандартный интерьер пусть и продвинутого, но всё же средневекового каннутского быта. Правда, всё «нездешнее» относилось непосредственно к самому помещению; вся обстановка: табуреты, узкая кровать за неуклюжей ширмой, посуда — несомненно, были изготовлены на фермах или в Каннуте.
Катрин ещё разок протёрла стол. Эррата бессовестно делала вид, что спит, отвернувшись к стене и укутавшись в лёгкое покрывало. Освобождать единственную кровать новой фаворитке девчонка явно не собиралась. Ладно, скандалить будем потом. Пусть милашка напоследок потешится — как бы там ни сложилось, вряд ли бедняжке удастся вернуть времена идеалистических отношений с его величеством сиятельным Цензором-преторианцем.
Катрин в замешательстве потрогала слегка ноющий порез на руке. Довольно странная личность этот Доклетиан Кассий де Сильва. Явно Пришлый, и явно с «приветом». И бесчувственный, как бревно ореховокожее. Мог бы Эррате пару ласковых слов сказать. Вон как девица убивается. Лямур, однако, нешуточный. Даже малоинтеллектуальные охранники девчонке сочувствуют. Дикси, похоже, сам к черноволосой красотке неравнодушен. За ужином на наглую пришелицу зверем смотрел. Ладно, наплевать на челядь. Сейчас главное — господин Цензор. Ведь придётся с ним спать, ох, придётся.
