Раэл стоял к ней спиной, в своем плохо освещенном кабинете, который покидал довольно редко. Он редко с кем говорил долго, и редко кому смотрел долго в лицо — обаяние лишенного тени работало без его на то желания. Он повернул к ней голову, не меняя позы. Иногда Малевин приходило в голову, что он стоит так всегда, когда никто его не видит. От того нескладного юноши, который пришел воевать с Паучихой, не осталось и следа. Но и того усталого, незаметно для самого себя иронизирующего мужчины, которого полюбила Малевин шесть сотен лет тому вперед, еще не было.
Как не было возможности не любоваться широкими плечами, без всякого следа сколиоза, и тонкой талией, особенным наклоном головы… Только не стоило Раэлу знать об этом любовании — он ненавидел данное ему новой природой преимущество над тем нескладным, не особенно красивым, совсем не идеальным человеком…
— Предпочту не рисковать. Не каждый мужчина, и уж тем более в этом времени, вынесет мои частые отлучки, а вы вряд ли вынесете к примеру мои декретные отпуска, или плач младенца.
— Какие отпуска?
— Декретные. Я не рискну сидеть подле вас с лезущим на нос пузом, когда на вас находит особенный голод…
— Думаю, — сказал он, — когда я перееду в загородный замок, где людей будет поменьше, мне станет легче. Я не буду нуждаться в ежедневном, даже ежечасном пригляде.
Малевин скрестила руки на груди, вспомнив последний совет сословий и общин, и то, как Раэл исцарапал подлокотники своего кресла. А если бы ее не было рядом?
— Ну-ну. Вот и поживем, увидим.
— Поживем, — согласился король, — увидим.
Иногда Малевин вспоминала о своем книжном прототипе, вполне бодро вышедшей замуж, и заранее содрогалась. Что ж, чему быть, того не миновать. И еще ей иногда думалось о том, что раз уж она живет чужую жизнь, быть может ей стоит попытаться прожить ее так, как была бы счастлива прожить ее хозяйка тела?
Она получила вскоре ответ на свой вопрос.
За крепостной стеной Верного клинка они оказались ранним, прохладным, еще летним, но уже намекающим на осень утром. Малевин вдруг почувствовала, что она дома. Что она проснулась наконец, она дышит полной грудью.
Она пришпорила свою смирную кобылку, галопом пронеслась по аллее к главному входу. Спрыгнув с лошади, сорвала с головы мантилью, вытащила давивший на затылок гребень и рассмеялась:
— Наконец-то я дома!
Раэл быстрым шагом преодолел открытое пространство, и уже из холла поинтересовался.
— Получилось похоже?
— Более чем! — Уверила его Малевин. — Будто не прошло шестьсот лет.
Король бледно улыбнулся.
— Так ведь и не прошло еще.
Она прошла под парадную лестницу, и с удивлением поняла, что не видит входа в подвал. Потом поняла — Она просто уже… еще не леди этого мира. И с этим тоже стоит смириться.
Видимо, в момент осознания этой истины у нее было совершенно обескураженное лицо, даже Раэл посмотрел на нее с сочувствием.
Малевин взяла себя в руки.
— Мне просто нужно вырваться из этой временной петли и поскорее! И все станет как надо.
— Я рад вашему оптимизму, — сказал появившийся словно ниоткуда Тень.
Малевин резко расхотелось смеяться и радоваться. Она взглянула на Раэла. Подумала вдруг, что им просто не повезло попасться на глаза тем, кому не стоит попадаться…
— Раэл… — сказал Тень несколько смущенно. — Мне вскоре будет нужна ваша помощь, вы чувствуете себя в силах убить пару десятков вампиров в одном из миров? Помните, мы говорили об этом?
Король сказал, не отрывая взгляда от сапог.
— Мне казалось, я еще нужен этому миру. И своей стране. Мой брат еще очень юн…
— Безусловно, — ответил Тень. — Но в других местах вы нужны не меньше. Неужто вы думаете, будто Паучиха была единственной амбициозной и сильной лишенной тени?
— Не думаю.
— Ее кровь бродит в ваших жилах, давая вам некоторую власть над более молодыми и слабыми особями. И бросить вызов старым вы тоже сумеете.
— Я крысиный волк.
— Если так угодно.
Малевин хотела сказать, что не стоит стоять и препираться в холле, но мужчины застыли, к чему то прислушиваясь.
Раэл сказал:
— Похоже у нас гость.
Он схватил Малевин за запястье, потащил ее к тому месту где, как она помнила находился вход в подвалы. Входа она не увидела, двигаться в ту сторону ужасно не хотелось, ноги подгибались, глаза зажмуривались сами собой. Потому она не заметила, как миновала выложенную камнем глухую стену.
— Пока не прибыла выбранная вами леди, Господин теней, я думаю Малевин вполне сможет ее заменить.
Тень хмыкнул.
— Это логично.
Столов и длинных скамей здесь еще не было. Как и половины дверей. Зато имелся пюпитр, большой, основательный, дубовый. На котором расположилась старая знакомая Малевин, книга миров.
Книга прошелестела:
— Пришелец из доселе несвязанного с этим мира, агрессивен, не способен на контакт.
За спиной свернувшегося в клубок человека поднималась несоразмерно большая драконья тень. Он поднял голову, хрипло заклекотал что-то похожее на «вейл, вейл…» Потом закрыл глаза, и отвернулся к стене.
— Замучаемся адаптировать, — вздохнул Тень. — Вернем обратно.
— Это того стоит… — уверила его Малевин.
