Но в голове пульсировало: «Что я скажу Андрею?» и «Как отреагирует Глеб?» — больше её ничто не волновало.
Раз за разом Катя прокручивала в уме возможный разговор то с одним, то с другим, и раз за разом действие останавливалось в тот момент, когда она должна была сказать ключевую фразу про беременность. И боялась её произнести. И не знала, чего ожидать, как от одного, так и от другого. Точно — ничего хорошего.
К тому моменту, когда вечер наконец принёс долгожданную прохладу, Катя уже трусила настолько, что готова была всё и от всех скрывать.
Тогда-то у калитки и остановился красивый белый джип.
«Ну, лиха беда начало», — прокомментировала она появление из машины Карины и распахнула сетчатую дверь.
— Привет! — темноволосая девушка поздоровалась скупо и холодно. Собственно, как и должна была поздороваться.
— Чай? — предложила Катя из вежливости.
— Думаешь, разговор будет долгим? — усмехнулась Карина, откидываясь в кресло на веранде.
Что бы Катя ни сказала, она ждала и её язвительности, и её презрения. Более того, она, наверное, их заслужила. А оскорблённая Катиным поведением Карина приехала требовать сатисфакции.
— Думаю, что ты лезешь не в своё дело, — не стала заморачиваться Катя с гостеприимством.
— Я пока и не лезу, — закинула Карина ногу на ногу. — Приехала просто тебе рассказать кое-что. О чём ты и понятия не имеешь.
— Это о чём же? — Катя сделала такой же пируэт ногами.
— Например, о том, что Адамов не пропустил в этом городе ни одной блондинки от пятнадцати до тридцати.
— Правда? — усмехнулась Катя. — А женщинами постарше, значит, брезгует? А в пятнадцать — разве не подсудное?
— Так его почти засудили. Говорят, откупился, гад.
— Решила снабдить меня местными сплетнями? — смерила её Катя взглядом. — Только мне-то до них что?
— Может, и ничего. А может, на что и рассчитываешь. Так это я так, на всякий случай, — не осталась в долгу Карина.
— Не рассчитываю. Но и оправдываться перед тобой не стану. Не маленькая. И с Андреем сама разберусь.
— Я же сказала, я не ссориться с тобой приехала, — облокотилась Карина на стоящий между ними стол. — И уж, тем более, не уму-разуму тебя учить. Просто поясню кое-что про первую жену Адамова.
— Догадываюсь, что она, наверно, тоже была блондинкой, — усмехнулась Катя.
— Да, — ответила Карина, и Катя услышала точно такие же категоричные нотки, как иногда проскальзывали в ответах Андрея. — Его бывшая жена — та самая девушка, на которой Векслер чуть не женился.
Ощущение, словно хрустнул зуб, заставило Катю выпучить глаза.
— Векслер два года с неё пылинки сдувал, а она собрала свои вещички и вышла замуж за Адамова.
— Не может быть, — покачала головой Катя.
— Теперь ты понимаешь, почему так плохо, что ты не просто загуляла, а поехала именно с ним?
Катя прикрыла рукой лицо. Глупо было говорить Карине, что ничего не было. Да, в этот-то раз ничего, но беременна она от Глеба.
Катя пропустила волосы между пальцев и откинулась на спинку, шумно выдохнув.
— Я приехала сказать тебе, что промолчу. Мне не трудно, хоть и горько знать, что ты с ним так, — Карина болезненно поморщилась, покачала головой, — несправедливо. Но это действительно не моё дело. Только упаси тебя бог сказать Векслеру про Адамова. Ты разобьёшь ему сердце.
С противным лязгом капкан защёлкнулся.
— Я уже сказала, — обратилась Катя к новому плафону, а потом только повернула голову к девушке.
Теперь пришла очередь Карины пучить глаза.
— Правда, имён не называла, — ещё затеплилась какая-то фальшивая надежда. Нет, Катя не хотела делать Андрею настолько больно. Она не хотела делать ему больно совсем. — Но это же ничего не меняет, да?
— Чёрт! — Карина закрыла глаза и сглотнула.
И уже от того, как было больно ей, просто любившей этого парня до самоотречения, Кате стало плохо. Представить, каково будет Андрею, Катя даже не бралась.
— За что ты с ним так, а? — такая горечь была в её голосе.
— Как, Карина? Как?! — Катя сама готова была расплакаться. — Адамов был до него. Понимаешь? До. Мы познакомились, когда я только приехала. Да, в отличие от Андрея, он очень настойчивый. Но я никому ничего не была должна. Никому и ничего. А Андрей появился после. И Глеба в моей жизни не стало, когда в ней появился Андрей. И поездка эта ничего не значит. Вот хочешь — верь, хочешь — нет, а ровным счётом ничего. Я никогда ему не изменяла и даже не собиралась, как бы это ни выглядело.
— Но что-то ведь всё равно не так? — таким же женским чутьём почувствовала неладное Карина, как Катя понимала всё про неё.
— Я беременна от Глеба.
— Нет, — вырвалось у той прежде, чем она в ужасе закрыла рот рукой.
— Да, — достала Катя из кармана тест и бросила на стол. Она так и носила их оба в кармане. Порылась и предъявила второй. Две красных полоски на обоих размазались, но никуда не делись.
— И что тебе ответил Адамов? — К чёрту сантименты! Мозг — уже не врага, а подруги — Карины включился, чтобы искать решения.
— Я не сказала, — выдохнула Катя. — Я сама подтвердила свою беременность только сегодня.
