Князь чешский, Вячеслав, святой мой покровитель,Славянской ныне будь соборности зиждитель!Светильник двух церквей, венцом своим венчайСвободу Чехии, и с нашей сочетай!Как лик твой воссиял на княжеском советеИ ужаснулись все о том чудесном свете,Так воссияй очам расторгнутых племенНебесным знаменьем о полноте времен!Как некогда ты сам у вышеградских башенСок гроздий выжимал для литургийных брашен,Так сопричастникам божественную КровьДля общей вечери воскресной уготовь![305]

Статьи, написанные Вяч. Ивановым после сборника «По звездам», составили две книги. Первая вышла в 1916 году в московском «метнеровском» издательстве «Mусагет». Называлась она «Борозды и Межи». Поистине, отозвались «звучные звенья» отцовских землемерных цепей из глубин детской памяти и семейного предания – но теперь промеры были уже совсем другими. В книгу «Борозды и Межи» с подзаголовком «Опыты эстетические и критические» вошли работы Вяч. Иванова, посвященные Достоевскому и Толстому, а также статьи «башенного» периода о поэзии Серебряного века, теории символизма и искусства, такие как «О поэзии Иннокентия Анненского», «Заветы символизма», «Мысли о символизме», «Манера, лицо и стиль», «О границах искусства» и «Чурлянис и проблема синтеза искусств»; кроме того – эссе «Религиозное дело Владимира Соловьева», написанное к десятилетию со дня кончины великого мыслителя.

Вторая книга – «Родное и Вселенское» – была опубликована в 1918 году издательством Г. А. Лемана и С. И. Сахарова. Она включала в себя религиозно-философские размышления Вяч. Иванова о войне, о судьбах России и Европы, о славянстве, о путях Церкви. Те же мотивы звучали и в его стихах военных лет.

Земля с духоносным пределомОбщается жертвенной меной.Родимую бранную братьюКрепит сокровенный оплот.И видят враги перед ратью,Идущей на подвиг смиренный,Троих, в одеянии белом,На белых конях, воевод......................Чья правда? Но сень Иоанны,Ковчег крестоносцев узорный, —Червей огнедышащих зевыВотще пожирают собор!Чья сила? Но перст ЖеневьевыОт Града, как встарь, чудотворный,Отвел одержимые станы —И явен святой приговор[306].

В стихотворении «Буди, буди!» поэт говорил о соблазне самоупоения и имперской гордыни, в который Россия может впасть, если она победит в этой войне, осуществит вековую мечту о Константинополе и забудет о смирении перед Богом, возомнит себя вершительницей судеб земли, а не орудием Его воли.

Вражья ль мощь тебе страшна?Сень ли смертная ужасна?С Божьей волею согласна,Чашу выпьешь ты до дна…Но победа суждена,И победа лишь опасна.Страшно встретиться с ХристомНе во вретище и прахе.Легче каяться на плахе,Чем на троне золотом.Русь, в царьградскую порфируОблачась, не рабствуй миру![307]

Апофеозу самодержавной мощи поэт противопоставлял унижение Того, Чьим Крестом был спасен мир.

Но самое сущностное о природе войны, о взаимной вражде людей и народов, составляющих единое тело человечества, которое по Божьему замыслу должно стать мистическим Телом Христовым, Вяч. Иванов сказал в «мелопее» «Человек» – одном из главных произведений всей своей жизни.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Похожие книги