— Ты был не прав, Джон. Я люблю тебя. Но я убежала от тебя. Я не позволю Рейху забрать ещё одного моего ребёнка. А если ты будешь рядом с девочками, то однажды это неизбежно произойдёт. – Хелен повесила трубку и вытерла слезы, что скатились по глазам, быстро возвращаясь в машину. Было уже очень поздно, да и дорога утомила девочек, а потому они спали на задних сиденьях, оперевшись головами друг о друга. Джон слушал обрывистые гудки, ощущая, как его собственные руки дрожат, после чего в порыве начал крушить всё вокруг. Он проиграл, пожалуй, самую важную битву из всех, что была в его жизни, и это свело его с ума.
Переливание крови, что врачи сделали Кларе, очень помогло в стабилизирование её состояния. Спустя несколько дней она находилась уже в обычной частной палате, куда её перевели после реанимации. Как и полагалось по графику, к Кларе зашла медсестра, которая заменяла ей капельницу. Она заметила, что девушка проснулась и в недоумении смотрела по сторонам.
— Доброе утро, «Королева» Виктория. – женщина сняла с неё дыхательную маску, поскольку теперь она была ей совершенно не нужна. Клара провела ладонями по лицу, глубоко вздыхая, но ощутила боль в плече, а также покалывание в руках из-за капельницы.
— Очень смешно. – она слабо улыбнулась, вглядываясь в женщину, которая, судя по всему, была её новым связным. Этому девушка была рада. Действия прежнего связного ей всё ещё были непонятны.
— Ты в больнице. Оберстгруппенфюрер Смит даже охрану выставил у дверей. К тебе просто так не зайти. – переведя взгляд в сторону, она обнаружила через небольшое окно в стене, что вело в коридор, людей в форме СС. Судя по их виду, они были не ниже звания капитана.
— Как мило. – она вновь перевела свой взгляд на женщину, разглядывая то, как она меняла ей жидкость для капельницы.
— Ты отлично справилась со своей задачей, Виктория. Монархия тобой довольна. – эти слова её рассмешили, и она попыталась присесть, и женщина ей помогла.
— Чем она довольна? Какой задачей? Полоумный рейхсмаршал держал меня неделю Бог знает где, просто издеваясь. Даже не было допроса никакого.
— А зачем ему было тебя допрашивать? – она присела рядом с ней на кровати и стала заменять повязку на плече девушки, потому что она вновь начала кровоточить.
— Как зачем? Разве я не была «похищена», потому что я «психиатр» миссис Смит? – Виктория недовольно зашипела и посмотрела на собственное плечо, оно выглядело намного лучше сейчас, что не могло её не радовать.
— Ты была «похищена», потому что ты небезразлична Джону Смиту. Он даже тебе свою кровь перелил. И теперь с твоей помощью протокол «Саранча» находится полностью в его ведении. – она в недоумении посмотрела на медсестру, не веря собственным ушам. Он пожертвовал свою кровь, чтобы ей сделали переливание? Подобный акт доброты совершенно не укладывался в её голове с его образом.
— И что же теперь Корона хочет, чтобы я сделала для своей страны? – однако не стоит забывать, что она Виктория Кент, агент секретно-разведывательной службы Великобритании, которая находилась в Мюнхене для важной секретной операции, ради исполнения которой она была Кларой Освин Освальд, психиатром из Японии.
— Тебе нужно ждать, как и ранее, только теперь в качестве самой дорогой женщины для оберстгруппенфюрера Джона Смита.
— Я не понимаю. – почему постоянно нужно было ждать, ей совершенно не было это ясно. Ведь теперь протокол «Саранча» был в его доступе, чего ещё они дожидались?
— Ты должна стать смыслом его жизни, его спутницей, компаньоном. – получается в интересах страны было сделать из неё его любовницу. Но как это могло помочь Великобритании выиграть войну и остановить нацистов?
— Но он женат. У него есть дети.
— Верно. Но Уильям Лэм предал свою страну и в нужный час, когда Великобритания уничтожит «Саранчу», тем самым изменив ход войны, спасая весь мир, он будет казнен, как и все изменники. Но от тебя зависит, дорогая Виктория, будут ли с ним казнены его жена и дочери. Руководство оставило решать этот вопрос тебе в качестве благодарности за верную службу. Тебе всё понятно? – так вот в чём было дело, решение принято, Уильям Лэм будет казнен за предательство своей страны, и, убит он будет её руками. Его уже не спасти. Однако Виктория могла спасти ни в чём не виновных Хелен и их дочерей. Конечно, она понимала, почему в своё время Уильям предал свою страну, но не одобряла это, поскольку его семья ничем не отличалась от многих других семей, которые разрушила война, но раз у неё был шанс их спасти, то она им воспользуется.
— Да. – приказы не обсуждают, а исполняют, таков непреклонный закон, которому они все следовали.
