- У моих кошмаров другие главные герои, - тихо ответила она и сосредоточилась на ходьбе. - Вы бы лучше беспокоились о своих, легионер Умбра.
Почему Леандр проявляет к ней такой интерес? Остальные с ней не заговаривали, если это не касалось каких-то бытовых вещей, передать что-то или подержать, этот же не унимается. Поддерживает образ балагура? Зачем? Все и так в курсе его настоящей личины, бритвой надрезающей маску шутника и весельчака. Опасный тип. Из эмиссаров? Ищет, к чему зацепиться? Или полагает её слабым звеном операции? Зачем вообще на такое задание собирались взять первого попавшегося вигила из пограничного поселения? Или им был нужен именно Росций? Вовремя свалил, зараза!
Снова они петляли и запутывали следы, но, очевидно, любому везению приходит конец, и в полдень разведчики столкнулись с индейцами. Марию снова схватил Умбра и потащил куда-то вперед. Стрельба и крики так и не дошли до них, только усталые и местами окровавленные легионеры. Где-то среди леса они оставили тело Доннана Нигринуса, единственной запоминающейся чертой которого был необычайно тонкий и длинный нос. Из разведчиков в живых осталось только трое - Литумариос, Кальвус и Эрк Дидиус. Они гнали отряд с небывалой скоростью и до наступления сумерек покрыли, наверное, вдвое большее расстояние, чем до нападения. Смотреть по сторонам снова стало невозможно и девушка сосредоточилась на том, чтобы идти след в след за Олавом и не оступиться. Эфириусы постоянно проверяли, нет ли за ними погони, центурион дал добро на использование формул, потому как дикари уже были в курсе появления на их землях чужаков.
Потные, тяжело дышащие мужчины осели практически там, где стояли. Септимус позволил им пару минут передышки, после чего вовлек всех в создание небольшого лагеря для ночевки. Разведчики обшарили пространство на поллиги вокруг и доложили, что все тихо. Следующими в дело вступили Ватий и Луций, создавшие защитный контур. Мария только подивилась замысловатой формуле и сложной вязи эфирного полотна, что разошлось от них правильным кругом и застыла в отдалении слегка поблескивая и переливаясь. По счастью, обычные люди её вообще не видели, поэтому нападения ночью можно было не опасаться. По рассказам Клавдия, шаманы небольших племен предпочитали сидеть в деревнях и если и выбирались, то под надежной охраной. Тащиться по темноте ради непонятного отряда пришельцев никто из них не будет.
Олав тем временем сделал бутерброды из сухихи лепешек и твердого как камень сыра, раскусить который получилось лишь смочив водой из бурдюка. Справа от девушки расположился Луций, а слева Умбра, всегда идущий за ней во время переходов. Приставили пасти самое слабое звено в отряде. Напротив сидели усталые Литумариос и Кальвус, они даже жевали, казалось, медленнее остальных. Раздав всем пайки скандинав взял свой и устроился рядом с Ватием и Септимусом. В молчании каждый медленно ел скудный ужин, сумерки становились все гуще и постепенно скрадывали силуэты людей и растительности. Где-то заливалась неизвестная птица, кто-то шуршал в подлеске и едва слышно попискивал. Марию не покидало ощущение нереальности происходящего. Казалось, закрой глаза и рядом с тремя разведчиками появятся еще двое, моргни еще раз и джунгли сменятся коричневой дощатой стеной её спальни в доме Клавдия, закрой глаза в третий раз и коричневая дощатая крышка гроба, которую ты никогда не увидишь, скроет твое тело от родных навсегда. Похожее оцепенение преследовало её почти шесть лет назад, когда она скиталась по дому Клеарха как бледная тень в чужом и неудобном теле. Прервал непрошенные воспоминания девушки и умиротворенный отдых остальных Умбра, в своей любимой манере широко улыбнулся и повернулся к ней:
- Красавица, может, расскажешь все же как познакомилась с нашим бравым эфириусом?
Меньше всего ей хотелось сейчас развлекать легионеров, да и не была она никогда выдающимся рассказчиком. Затянувшееся молчание прервал Луций, спасая Марию от пристальных взглядов собравшихся. Он, в отличие от девушки, прекрасно понимал причины интереса Леандра, две смерти за короткий срок, неизвестность впереди и враждебные джунгли вокруг давили бы и на сплоченный отряд, что уж говорить про их сборище, выданное Септимусу в последний момент. Лучше бойцы заснут размышляя о забавных обстоятельствах их знакомства, чем о том, что завтра могут получить копьем в живот или рухнуть в волчью яму с отравленными кольями.
- Давай лучше я расскажу, а то на девичью память полагаться нельзя, - многозначительно хмыкнул он и взял паузу.
- Не томи уже, чай не Теренций! - подначил его Умбра.
