- До Теренция мне как до Рима пешком, - хмыкнул эфириус. - Дело было в начале лета. Все кадеты предвкушали прелести увольнительных, кто-то даже хотел добраться до родни, когда руководство Академии решило, что у нас и так хватает свободного времени, и устроило смешанные учения, причем во всех смыслах. Смешали нас не только с легионерами, но и между собой. Таким образом два десятка кадетов разного возраста оказались в Colonia a flumine Alma или CAFA, - "колония на реке Алма" тут же мысленно перевела Мария. - Вместо преподавателей, нас повесили на эфириусов легиона, которые если и планировали заниматься птенцами, то точно на греческих календах, - он усмехнулся. - Тут-то очень кстати подвернулся центурион Тапсенна, который по счастливому стечению обстоятельств находился в колонии и должен был начать работать в Академии с осени. Легионные эфириусы ухватились за возможность нас спихнуть, а Тапсенна за возможность поиздеваться над кадетами до начала учебного года, - в этом месте Меций подвигал бровями и зловеще сверкнул глазами. - Однако оказалось, что у нашего будущего преподавателя в подопытных были не мы одни...
Мужчина сделал глоток из бурдюка, чтобы промочить горло. Все внимательно следили за ним и по глазам Мария увидела нешуточный интерес к истории. Интересно, Луций расскажет все с подробностями или все же что-то опустит?
- Стоим мы на плацу, центурион нас буравит взглядом, мы его, все чего-то ждут, - для драматизма он понизил голос. - И тут из дверей казармы выбегает щуплый парнишка и становится в строй. Никто из нас его не знал, но Тапсенна заставил задохлика заниматься вместе со всеми. Конечно, после такого все из нас горели желанием выяснить, что это за клубень. Начали мы с расспросов, как обычно бывает с неоперившимися, - легионеры понимающе усмехнулись, видать были в курсе испытаний для новобранцев. - Парнишка оказался слизняком из Университета, но вести себя как слизняк упорно отказывался. Не помог даже круг, где я решил проучить его, со сломанным носом и выбитой из сустава рукой он продолжал сопротивляться, а под конец чуть не вырвал мне кадык, вцепившись словно клещ, - Луций хмыкнул, очевидно тоже вспомнив тот кровавый эпизод их первого знакомства. - Потом мелкого выпустили из лазарета и он стал заниматься наравне со всеми. Думаю, вы все уже догадались, что тем задохликом была Квинтиус.
Луций усмехнулся и обвел взглядом слушателей призывая оценить историю.
- Нет-нет-нет! - разочарованно протянул Умбра. - Так не пойдет! Самое интересно-то зажал! Значит, вы думали, что она парень, так?
- Именно, - подтвердил Меций.
- Подробности! В них же самый сок, - не унимался Леандр.
- И какие же подробности тебя интересуют?
- Бытовые, - загадочно ответил тот и оскалился. - Помыться там, побриться...
- Да с нами она ходила в душ, с нами! - не выдержал Луций. - Только постоянно одевалась, мы думали, может, обычай у неё дома такой или еще что...
- А лупанарий? - на это Меций только выразительно закатил глаза.
- То есть она прошла круг? - неверяще посмотрел на Марию Эбуций.
- Да, прошла, - подтвердил Луций, а девушка воздержалась от комментариев.
- Так что там с лупанарием? - продолжал гнуть свою линию Умбра. - И как вы узнали, что она на самом деле девушка?
- Сама сказала, - спокойно ответил русоволосый на второй вопрос игнорируя первый.
- И как это произошло? - уточнил смуглолицый.
- На сегодня довольно историй, - прервал его не терпящим возражений тоном Септимус. - Устраиваемся на ночь, первая пара на дежурство. Выполнять!
Мария обрадовалась вмешательству центуриона, уж очень дотошным оказался Умбра. И зачем ему знать такие подробности? Уже лежа на одеяле она услышала как Эбуций, устраиваясь на часах вполголоса спросил Леандра, с которым был в паре:
- Думал, ты спросишь, почему они приняли Квинтиус за парня...
- Смысл, - фыркнул тот в ответ. - И так понятно.
- Что понятно? - не понял тот.
- Вспомни знакомых тебе девушек. Теперь посмотри на Квинтиус, - ответом ему стало молчание. - Вот то-то. Не удивлюсь, если боги где-то напутали и она родилась не тем, кем задумывалась. Прекращаем разговоры. Я на пост.
Против воли Мария вздрогнула от неожиданного заявления Умбры, тот сам не зная прикоснулся к её самой страшной тайне. С её душой поигрались, но не боги, а один вполне себе смертный человек, Клеарх, её первый учитель, чей номен она теперь носит вместо родной фамилии. Вполне возможно, что Марию ждало перерождение в другом теле, а, может, бесконечность в темноте и тишине... Сколько она ни пыталась, вспомнить о времени, проведенном где-то нигде в промежутке между аварией на злосчастном шоссе и первым вдохом в теле щуплой девчонки, могла воскресить только ощущения бесконечного холода и пустоты. А вот три месяца на закрытой военной базе Мария помнила замечательно, благодаря рассказу Луция перед глазами сразу встали участники тех событий: выводок кадетов, волчат и лосей в одном флаконе, красотка Таис и Вельтур, которого она даже мысленно никогда не называла центурион Тапсенна.
