Толпа загудела, некоторые недовольно зашептались.
— Однако! — повысил я голос. — Здесь нужны рабочие руки. Мы готовы предложить вам работу за достойную плату. Заработанное вы сможете потратить так, как сочтёте нужным. В скором времени сюда начнут привозить продовольствие, одежду, инструменты, оружие. Вы сможете либо жить здесь, строя свою новую жизнь, либо купить место в караване и отправиться на юг. Тем, кто решит остаться, мы поможем с домом и обустройством.
Я замолчал на полминуты, осматривая озадаченные лица людей.
— Работа найдётся для каждого, — подытожил я. — Думайте. И главное — принимайте решение.
Я уже намеривался слезть с телеги, когда раздался возмущённый женский голос:
— А если я не хотела, чтобы меня забирали из кочевья Чёрной лисицы? Там мне жилось куда лучше, чем тут! Что мне делать?
— Сударыня, мне искренне жаль вас, если вы считаете, что быть рабом лучше, чем свободным человеком.
— Да зачем мне такая свобода?! — вскрикнула она, разводя руки, будто показывая, какая именно свобода ей не нужна.
Собравшиеся люди замерли. Я выдержал паузу, глядя ей прямо в глаза, а затем спокойно сказал:
— Обещаю, когда у нас состоится следующий контакт с ханом Чёрных Лисиц, я обсужу с ним возможность вернуть вас в рабский статус.
Толпа разразилась смехом — нервным, горьким, но всё же смехом. А женщина резко отвернулась и быстро пошла прочь.
Некоторые начали переглядываться, другие вполголоса обсуждать мои слова. Я спрыгнул с телеги и, не оглядываясь, пошёл прочь. Решение теперь за ними.
Я подошёл к группе, где собрались мои жёны, офицеры дружины, архитектор и маги. Большинство выглядело задумчиво, переваривая мои слова. Киоши первой нарушила тишину. Её губы тронула лёгкая улыбка.
— Ваша милость, сколько экспрессии, какой напор в начале вашей речи! — произнесла она с едва заметной усмешкой. — У меня даже на короткое мгновение появилось желание переехать к вам насовсем и начать строить светлое будущее...
Она не договорила, ещё раз загадочно улыбнулась, поклонилась и, развернувшись, ушла. А ко мне подошли Софи и Лидия.
— Марк, не надо так говорить, — покачала головой Лидия. — Мне не понравилось... Будто это был не ты.
— Да уж, поначалу я вообще не поняла, о чём ты говоришь, — добавила Софи.
Я только усмехнулся и перевёл тему. Остаток дня прошёл в заботах: я осматривал стройку, радовался прогрессу — несмотря на все сложности, многие здания были уже почти готовы. Оценил трофеи, проверил запасы провианта, поговорил со строителями, заглянул в Вольное. Под вечер провёл облёт территории, чтобы убедиться, что всё в порядке.
На следующий день с юга прибыл долгожданный караван с провиантом под руководством Мартина. Это известие обрадовало всех без исключения — наконец можно было не беспокоиться о голоде в ближайшие недели.
Я повстречал племянника старосты в Вольном, когда обсуждал торговые дела с Мари. В комнату вошёл светловолосый юноша и почтительно поклонился.
— Здравствуйте, ваше благородие.
Я поднял бровь.
— Здравствуй, Мартин. Запомни: «ваше благородие» — это к генералу. А ко мне следует обращаться «ваша милость».
Парень вспыхнул.
— Понял, ваше благоро... Ой, простите, ваша милость...
Я не стал заострять внимание на оговорке и перешёл к делу.
— Рассказывай, как прошло твоё путешествие.
Мартин явно нервничал. Он принялся рассказывать о сложностях пути, о переговорах, о проблемах с лошадьми и задержках на постоялых дворах. Периодически он бросал на Мари короткие, жадные взгляды, что неудивительно, моя свояченица выглядела и вела себя совсем не так, как деревенские девушки.
Когда незамысловатое повествование подошло к концу, я внимательно посмотрел на него.
— Подробный отчёт о тратах представишь сударыне Мари Уолш. Честно укажи, сколько потратили на пропитание, выпивку, весёлых девок и сколько осталось.
Мартин вспыхнул ещё сильнее и замялся.
— Так… это… не осталось ничего…
Я сдержал усмешку.
— Понятно. Ты писать-то умеешь?
— Да, ваша милость.
— Вот и отлично. А теперь ступай пиши отчёт, и чтобы до конца дня он был у сударыни Мари.
— Хорошо, всё сделаю! — юноша вскочил и, забыв поклониться, поспешил прочь из дома, который Мари использовала как лавку.
Как только за ним закрылась дверь, Мари весело улыбнулась:
— Какой милый парнишка.
Я не поддался её настроению и серьёзно сказал:
— Посмотри отчёт внимательно. Главное, чтобы не было крупных растрат. Думаю, ты легко их заметишь. Но будь снисходительна к ним, по крайней мере вначале. Поговори отдельно с остальными членами каравана. Если сочтёшь их достойными, предложи им работать на нас по контракту — пусть возят товары с большой земли.
Мари накрутила на палец прядь своих волос и посмотрела на меня лукаво.
— А моему мнению ты доверяешь?
— Я доволен твоими результатами. Пока у меня нет повода сомневаться в тебе... — я прищурился. — Только парню голову не морочь, это делу на пользу не пойдёт.
В зелёных глазах Мари вспыхнула озорная искра, она приоткрыла рот, но, прежде чем она успела сказать что-то колкое, резко передёрнула плечами и промолчала.
