Прощание состоялось в общем зале «Пьяного тролля». Тут, как всегда, было шумно, а в густом воздухе витали запахи выветрившегося вина, квашеной капусты, поджаренного мяса.
— Ты уверена, Зоя? — негромко спросил Клод, не поднимая взгляда от бокала с вином.
— Уверена, — ответила она, крутя в руках свой собственный, почти нетронутый бокал. — Думаю, так будет лучше для всех. Стив найдёт кого-то более подходящего… без сложностей с талантом, как у меня.
— Куда теперь? — спросила Марта.
— В Мальм. К родителям. Надо закончить одно дело… а потом посмотрим.
Прощание вышло тихим. Без обид, без объятий, без лишних слов. Зоя была благодарна им за это молчаливое уважение к её решению.
Ранним утром, когда Зоя седлала лошадей, Марта вышла её проводить.
— Ты всегда можешь вернуться, — тихо сказала целительница. — Мы будем рады.
— Спасибо, Марта… — кивнула Зоя, коротко обняла женщину и, не оглядываясь, уехала прочь. В эти мгновенья внутри девушки что-то менялось, растворялся целый пласт жизни, освобождая пространство для чего-то нового.
***
Четыре дня пути вдоль правого берега Струи пролетели неторопливо. Дорога вилась через прибрежные рощи и холмы, время от времени приближаясь к подножию Эльнийских гор. Порой она проходила через тихие шахтёрские деревушки с коптящими трубами и угрюмым бытом. Лето достигло пика своей знойной силы. В воздухе стоял запах распаренной травы, гудели невидимые насекомые, из лесов тянуло хвоей.
Братик с удовольствием скакал по окрестным чащобам, возвращаясь к вечеру с добычей — то с зайцем, то с уткой. Он, казалось, тоже наслаждался свободой.
Зоя впервые за долгое время почувствовала, как легко дышится, когда никому ничего не должна. В голове крутились воспоминания: сцены, в которых она помогала другим, жертвуя собственными интересами, — из сочувствия, из понимания, из чувства долга. Но почему-то никто не торопился вникать в её проблемы и не спешил помогать. И от этой несправедливости Зоя чувствовала себя несчастной.
— Хватит, — прошептала она в одну из ночей, глядя на звёзды. — С этого момента мои цели в приоритете. Больше никаких усилий ради других, если это вредит мне.
***
Солнце заливало знакомые улицы ярким светом, по аккуратно вымощенным мостовым катили телеги, гружёные товарами. Мальм с основания был городом ремесленников и купцов. Всё здесь говорило о безопасности и благополучии: аккуратные скверы, покрашенные скамейки вдоль тротуаров, горделивые фасады зданий. Всё было красиво, ухожено. Горожане шагали размеренно, нарядно, сдержанно обмахивая себя веерами. После Дестриха, с запахом солдатских портянок, грубых шуток и колючих взглядов, этот город казался театром с напыщенными актёрами.
«Пока одни сражается со всевозможными врагами, каждый день рискуя жизнью, — мелькнула злая мысль, — другие жиреют в безопасности».
Дом родителей стоял на тихой улице, окружённый редкими деревьями, с давно некрашеным забором и скрипящим под ногами крыльцом. Зоя долго стояла перед дверью, набираясь мужества, затем решительно толкнула дверь и вошла.
Оказавшись в полумраке родительского дома, девушка почувствовала, как престарелая тишина вытертой половой краски берёт её в плен. Вдруг раздался скрип половиц, и в гостиную вошел отец. Увидев её, вздрогнул.
— Зоя, вот это неожиданность. Ты к нам проездом или по делам?
Зоя не спешила с ответом, она рассматривала постаревшее лицо отца. Наконец она вздохнула и ответила:
— По делам... И похоже, что проездом.
Отец коротко взглянул в лицо дочери и тут же отвёл глаза.
— Это хорошо, хорошо... Хорошо, что заехала.
Отец и дочь не смотрели друг на друга, в комнате повисло неприятное напряжение. Через мгновение в комнату зашла мать.
— Энди, ты где опять… — начала она, но осеклась, увидев дочь.
Мать на мгновение замерла, а затем подошла и обняла Зою, порывисто, быстро и сухо.
— Как хорошо, что ты заехала… Надолго?
Девушка окинула взглядом маму, всё такая же стройная и красивая, хоть под глазами и у рта появились новые морщинки.
Разговор шёл тяжело, натянуто, и Зоя, не в силах выносить напряжение, решила перейти прямо к делу.
— Вот, возьмите, — сказала она, выкладывая на стол документы. — Ваш долг полностью погашен. Теперь вы свободны от обязательств перед Стивом. Я закрыла их.
На лицах родителей на мгновение промелькнули удивление и облегчение.
— Ты так быстро справилась. Ты такая... молодец... — произнес отец и вновь отвёл глаза в сторону.
— Спасибо, Зоя… Наверное, мы должны извиниться перед тобой… тихо сказала мать.
Девушка горько улыбнулась и покачала головой.
— Что сделано, то сделано. Главное, что всё наконец закончилось... Это было непросто, но я справилась.
Зоя еще раз хлопнула ладонью по лежащим на столе листам и сказала:
— Ну вот, собственно... Пошла я, пожалуй...
Девушка развернулась и быстро пошла к двери. Уже когда она взялась за ручку, услышала голос матери:
— Что, даже не останешься пообедать?
И если бы Зоя не была менталисткой, то не смогла бы понять, чего было больше в этой фразе: удивления или облегчения.
— Нет, — бросила она через плечо. — Передавайте братьям привет.
