— Ну да, ни разу не испортили ландшафт, — и уже громче добавил. — Всё, представление закончено, расходимся.
Зеваки стали нехотя уходить, а я, когда рядом не осталось лишних ушей, еще раз проинструктировал участников атаки на крепость:
— У нас есть еще часов шесть на отдых. После чего мы вылетаем к месту проведения операции. Прибыть должны под рассвет, и сразу занимаем позиции, убеждаемся, что все на месте, и приступаем к воплощению плана, о котором я говорил вам ранее. Поэтому настоятельно рекомендую всем хорошенько выспаться.
***
Три огромных крылатых ящера один за другим незаметно для сторонних наблюдателей опустились на заросшие высокой травой холмы, в том самом месте, где мы недавно с Гриконом проводили разведку. Ночные сумерки ещё не отступили, а бескрайняя степь вокруг дышала тишиной и прохладой. Оставив чешуйчатых питомцев отдыхать, сами аккуратно двинулись в сторону стройки.
Одарённые в нашем небольшом отряде тут же перешли на магическое зрение, стараясь не упустить тончайших сигнальных линий или ловушек. Дмитрий и Джулиас буквально под руки вели нас, магов, ведь мы были полностью поглощены сканированием окружающего пространства. Малейшая ошибка или неосторожный шаг может обернуться смертельной угрозой.
Чтобы избежать обнаружения защитниками башни, я предусмотрительно взял с собой трофейные амулеты, добытые ещё в катакомбах Сольриха, которые теоретически должны были скрыть нас от магического обнаружения. Впрочем, уверенности в их эффективности не было: кто знает, какими средствами располагали наши противники?
На вершине одного из холмов я заметил фигуры, которые старались не выдавать своего присутствия: это были герцог Абая, маг Грикон и два охранника. Когда я тихо произнёс в ночной тишине:
— Доброй ночи, ваша светлость! — все четверо одновременно вздрогнули от неожиданности.
Первым пришёл в себя Грикон и тут же с уважением склонил голову перед Зоей:
— Сударыня, ваше искусство иллюзий выше всяких похвал. Я восхищён.
Зоя чуть заметно улыбнулась и слегка наклонила голову, принимая комплимент. А герцог, хмурясь, раздражённо прошептал:
— Марк, ну зачем же так пугать?
— Простите, не нарочно. Всё идёт по плану? Войска заняли свои позиции?
— Да, все на своих местах, — подтвердил он напряжённо.
— Отлично. Советую вам держаться подальше: никто не знает, как поведут себя стефанийцы, если поймут, что происходит.
Герцог сглотнул, явно волнуясь больше, чем показывал, а я, кивнув на прощание, двинул отряд дальше.
Башня светилась в магическом зрении, переливаясь сотнями цветных огней. Это было одновременно восхитительное и пугающее зрелище. Приблизившись на расстояние, с которого, мы могли дотянуться до башни, остановил наш маленький отряд.
Оглядев лица спутников, я увидел напряжение и беспокойство, читаемые в глазах каждого. Шанса на ошибку у нас действительно не было. Склонив головы, мы приблизились друг к другу и тихо заговорили:
— Хорошо, мы на месте. Теперь нам осталось самое важное — закончить начатое. Каждый помнит свою роль? — строго спросил я после короткой паузы.
Все негромко подтвердили.
— Тогда начнём, — решительно отдал я команду.
Дмитрий, Зоя и Джулиас осторожно отступили, расставив охранение. Я же, глубоко вдохнув, запустил формирование магического круга. Пространство вокруг меня дрогнуло, и мир стал удивительно чётким и понятным. Это невероятное, упоительное чувство могущества было подобно бушующей реке, наполняющей меня до краёв.
Я воплотил Обнаружение жизни и ясно увидел спящих людей внутри башни и на прилегающих территориях. Часовых было пятеро, и мне пришлось быстро их устранить, одновременно прижав Прессом и лишив воздуха. Они не смогли поднять тревогу.
Затем приступил к основной фазе. Как и ранее в Вайрихе, я сформировал вокруг башни огромный герметичный купол и начал медленно откачивать воздух. В голове назойливо билась мысль: «Только бы успеть. Главное — не дать им поднять тревогу». Я напряжённо наблюдал за жизнью под куполом, боясь, что кто-то успеет активировать защитные механизмы или боевые заклинания.
Почувствовав, что защитники начали паниковать, я резко ускорил процесс. Никто так и не успел выбраться наружу. Когда последний живой отклик погас, я медленно и осторожно вернул воздух обратно и развеял купол. Всё происходило в полной тишине, без ярких вспышек и грохота, без эпической битвы, которая могла бы облегчить моё чувство вины.
Мне было гадко на душе от того, что я только что сделал. Почти двести пятьдесят человек умерли ужасной смертью — не в бою, а задохнувшись в безмолвной ловушке. Да, они были врагами, готовились напасть на нас, но всё равно — это были люди.
Когда круг был распущен, я медленно отошёл в сторону и опустился на прохладную землю холма. Чувство внутренней пустоты и горечи поглощало меня. Жёны и Марьяна ошеломлённо переглядывались, пытаясь осмыслить случившееся. Зоя подошла ко мне молча и тихо присела рядом, слегка прижавшись плечом в моё плечо.
— Уже всё? — негромко спросила Лидия, протирая виски и выглядя растерянной.
— Да. Всё кончено, — устало ответил я.
