Мне и самому было любопытно поближе разглядеть минотавров, с которыми ранее не приходилось сталкиваться. Тогда на поле боя подробно рассматривать их было некогда, поэтому я решил удовлетворить любопытство и свое, и моих ближайших помощников.
Приближаясь к амбару, превращённому в импровизированную тюрьму, мы услышали разговор пленников:
— Они что же, рассчитывают заставить нас работать как невольников? — с раздражением проговорил молодой мужской голос. По характерной хрипоте я понял что говорит волкодлак.
— Им не нужна наша жизнь, им нужна наша смерть, — тяжело произнёс глубокий голос, в котором звучали обречённость и тоска.
— Что ты хочешь сказать, вождь? Я тебя не понимаю! — недоумённо отозвался волкодлак.
Мне стало интересно, и я замер на месте, ожидая ответа минотавра, но тот молчал.
— Так что они, по-твоему, с нами сделают? — вновь не выдержал тишины оборотень.
— А что бы ты сделал с чужаками, поймай ты их возле своего гнезда? — вмешался третий голос, мягкий, мелодичный и насмешливый.
— Мы не живём в гнёздах, — огрызнулся оборотень.
— Не важно, ты меня понял.
— Я бы убил врагов, — без тени сомнения ответил волкодлак.
— Вот именно, — с иронией продолжил красивый голос. — Почему ты думаешь, что люди чем-то от нас отличаются?
— Они слабее нас! — резко парировал волкодлак.
— Зато хитрее. Именно поэтому мы сидим тут, — саркастически завершил красивый голос.
Повисла тишина, и я уже собрался войти, как волкодлак вновь подал голос:
— Колдун, а ты чего всё время молчишь? Что думаешь, что с нами сделают?
— Какая разница… — голос сумеречного альва звучал пусто и безучастно. — Мы пошли на риск ради богатой добычи, а в результате сами стали добычей. Разве у имущества бывают мысли или надежды?
— Слабак, — с презрением бросил оборотень, после чего разговор оборвался окончательно.
Поняв, что больше ничего не услышу, я решительно шагнул внутрь амбара. Запах в тесном помещении стоял удушливый и отвратительный: живые существа за сутки нахождения тут успели превратить тюрьму в подобие загона для скота. Я немедленно создал магический сквозняк, избавляясь от зловония.
— О, местный вождь явился взглянуть на свою собственность! — насмешливо произнёс обладатель мелодичного голоса, мужчина-гарпия, иронично улыбнувшись.
— Похоже, ему не по душе наши ароматы, — хмыкнул волкодлак, глядя на меня исподлобья.
Я не стал вступать в перепалку с пленниками, молча рассматривая их. Минотавры, лишённые тяжёлой брони, были прикрыты скудными льняными повязками. Их мощные, покрытые короткой шерстью тела напоминали классические статуи, из образа выбивались только массивные бычьи головы, копыта вместо ног и длинные хвосты. Самки были чуть меньше самцов, но всё равно производили сильное впечатление своими габаритами.
Оборотни сейчас находились в человеческом облике, но особого интереса лично для меня не представляли. Зато Андрей и Норман буквально впились взглядами в пленниц-волкодлаков. Надо признать, что женщины оборотней действительно обладали неким притягательным шармом, опасным и завораживающим, поэтому я незаметно контролировал своих друзей, чтобы те ненароком не попались на их феромонные чары.
Гарпии были мне безразличны, хотя самец, вероятно, если с ним поговорить, мог бы рассказать немало любопытного, но мне не хотелось тратить на него время. Моё внимание привлёк сумеречный альв, скорчившийся в самом дальнем углу. Молодой, высокий и худощавый, он выглядел несуразно: длинные тонкие руки и ноги казались непропорциональными, а лицо с заострёнными ушами выражало лишь отрешённость и полную апатию, словно он уже мысленно простился с жизнью.
Окинув пленников последним взглядом, я подхватил Андрея и Нормана за локти и вывел из амбара.
— Николас! — подозвал я дружинника, стоявшего на страже.
— Слушаю, ваша милость!
— Передай Дмитрию, пусть напоит и немного покормит пленников, но при этом пусть проявит максимальную осторожность. Не забывайте, что это опасные враги.
Вечером на горизонте наконец показалась Танагра, несущая на себе Софи и Зою. Их прибытие сразу подняло настроение, развеяло сумрачные мысли после тяжелого дня. За совместным ужином мы детально обсудили предстоящие переговоры с кандидатами на фамильяра и талиаров.
Позже Зоя, улучив момент, шепнула на ухо:
— Ты прав, Марк. Софи очень хочет пройти через ритуал обретения талиара. Хотя она и не признается, но ей не даёт покоя, насколько красивее стала Лидия. И ей тоже очень хочется такой же страстной близости с тобой, а без талиара это невозможно.
Следующий день был целиком посвящён отбору кандидатов. Первым сюрпризом оказался Джеймс. Маг горячо заверял меня в преданности и просил дать ему и талиара, и фамильяра-альва. Его мотивы стали ясны почти сразу — Эмили. Джеймс жаждал произвести на неё впечатление, став могущественным магом и одновременно физически сильным и привлекательным мужчиной. В какой-то степени я даже понимал его. Однако меня беспокоило то, что столь серьёзные ресурсы могут быть потрачены на человека, движимого в первую очередь желанием понравиться женщине.
