-- Онъ получилъ это имѣніе пожизненно, говорилъ старый сквайръ своему сыну Джону. Я не думаю, чтобы я имѣлъ право лишить его этой доли. Она никогда не передавалась никому другому, кромѣ наслѣдника. Но я свяжу его такъ, что онъ не срубитъ на немъ ни одного дерева. Можетъ быть, при этомъ Джонъ Вавазоръ полагалъ, что старое правило первородства могло бы быть обойдено при подобныхъ обстоятельствахъ въ его пользу. Однако, онъ не сказалъ этого. Онъ не сказалъ бы этого даже и въ томъ случаѣ, если бы можно было разсчитывать на несомнѣнный успѣхъ. Послѣ этого Джоржъ Вавазоръ сдѣлался биржевымъ агентомъ, и остался имъ до настоящее время. Въ первый годъ, по прекращеніи его дѣлъ съ винно-торговой компаніей (въ этотъ же годъ прекратились его отношенія и съ Алисой), онъ значительно упалъ въ общемъ мнѣніи. Многіе даже думали, что онъ, растративъ деньги, быстро шелъ къ погибели. Тетушка Мэклеодъ составила о немъ мнѣніе именно въ этомъ періодѣ его жизни, считая его человѣкомъ пропащимъ. Но вдругъ онъ снова взялся за дѣло, ежедневно сталъ являться въ Сити и, въ продолженіе двухъ послѣднихъ лѣтъ, пріобрѣлъ себѣ репутацію ловкаго и дѣловаго малаго.
Въ то же время онъ предложилъ себя въ члены парламента отъ Чельси, ставъ на сторонѣ радикальное партіи. Правда, ему не удалось это, онъ оборвался, истративъ значительную сумму денегъ на выборы.
-- Откуда это вашъ племянникъ добываетъ деньги, спрашивали знакомые Джона Вавазора въ его клубѣ?
-- Честное слово, не знаю, говорилъ Вавазоръ. Отъ меня онъ не получаетъ ничего, отъ моего отца тоже.
Но хотя Джоржу Вавазору не удалось попасть въ члены за Чельси, однако онъ не совершенно безполезно потратилъ деньги. Онъ пріобрѣлъ извѣстную репутацію въ этой борьбѣ, и о немъ говорили, какъ о человѣкѣ очень способномъ. Онъ былъ биржевымъ агентомъ, крайними радикаломъ, будучи въ то же время наслѣдникомъ хорошаго помѣстья, переходившаго въ продолженіе четырехъ сотъ лѣтъ отъ отца къ сыну. Было что-то увлекательное въ его жизни и приключеніяхъ, тѣмъ болѣе, что именно во время выборовъ онъ былъ помолвленъ за какую-то наслѣдницу, которая умерла за мѣсяцъ до свадьбы. Она умерла безъ завѣщанья, и все ея состоянье перешло къ какимъ-то троюроднымъ братьямъ.
Джоржъ Вавазоръ твердо перенесъ этотъ послѣдній ударь, и совершенно примирился съ Алисой. Они встрѣчались еще и до этого, и Алиса, но настоянію своей двоюродной сестры Кэтъ, уговорила своего отца пригласить его. Сначала они были довольно холодны, но Алисѣ очень понравилось его поведеніе на выборахъ въ Чельси. Вѣдь это было благородно съ его стороны, не правда ли? говорила Кэтъ съ слезами на глазахъ.-- Это было очень остроумно, сказала Алиса.-- Если бы вы знали все, вы согласились бы со мною. Онѣ не могли найти никого противопоставить ему, кромѣ этого мистера Треверса, а онъ не рѣшался выступить до тѣхъ поръ, пока ему не гарантировали всѣхъ издержекъ.-- Надѣюсь, что это не стоило слишкомъ много Джоржу, сказала Алиса.-- Нѣтъ, онъ потерялъ почти все, что у него было. Но что за дѣло? Деньги для него ничто, ему важно только употребленіе ихъ. Мое собственное маленькое состояніе теперь въ моихъ рукахъ, и я отдала бы ему послѣдній фарсингъ на слѣдующіе выборы, даже если бы мнѣ пришлось идти въ служанки на другой день. Было же что нибудь чарующее въ Джоржѣ Вавазорѣ, иначе не отдалась бы ему съ такимъ самоотверженіемъ такая дѣвушка, какъ сестра Кэтъ.
Рано, нынѣшнею весною, еще до приготовленій швейцарской поѣздки, Джоржъ Вавазоръ говорилъ съ Алисою о своемъ бракѣ, который былъ разстроенъ смертью невѣсты. Она сидѣла однажды вечеромъ съ своимъ двоюроднымъ братомъ въ ихъ гостиной, въ улицѣ королевы Анны, ожидая Кэтъ, которая должна была заѣхать къ нимъ. Можетъ быть, братъ намекнулъ Кэтъ, чтобы она пріѣхала поповже, во всякомъ случаѣ они уже съ часъ сидѣли вмѣстѣ, и разговоръ постоянно шелъ о самомъ Джоржѣ. Онъ поздравилъ Алису съ помолвкой съ мистеромъ Греемъ, о которой онъ только-что узналъ, и началъ за тѣмъ говорить о неудавшемся собственномъ бракѣ.
-- Я очень жалѣлъ ее, сказалъ онъ.
-- Я увѣрена, что вы жалѣли ее, Джоржъ.
-- Да, я жалѣлъ ее,-- жалѣлъ, какъ невѣсту, хотя люди по обыкновенію истолковали мое чувство такъ, что будто я жалѣлъ о потерѣ ея состоянія. Впрочемъ, говоря откровенно, гораздо лучше, что мы не обвѣнчались.
-- Вы полагаете, даже если бы она осталась жива?
-- Да, если бы она даже осталась жива.
-- Почему же? Еслибъ вы любили ее, тогда состояніе ея не могло бы быть препятствіемъ.
-- Конечно, нѣтъ, если бы я любилъ ее.
-- А развѣ вы не любили ее?
-- Нѣтъ.
-- Джоржъ!
-- Я не былъ привязанъ къ ней, какъ человѣкъ долженъ быть привязанъ къ своей женѣ, если вы подразумеваете это. Что же касается до любви къ ней, то я любилъ ее очень сильно.
-- Но вы бы привязались къ ней?
-- Не знаю. Вѣдь это не такъ легко. Можетъ быть, я съумѣлъ бы быть спокойно-равнодушнымъ мужемъ.
-- Если такъ, то, конечно, лучше для васъ, и лучше для ней, что она умерла.
-- Лучше, я увѣренъ въ этомъ. А между тѣмъ я жалѣю ее и, думая о ней, я почти чувствую, что какъ будто я виноватъ въ ея смерти.
