Потайная дверь в самом углу осторожно приоткрылась, не впустив, однако, за собой ни единого лучика света. Просторная спальня, больше похожая на зал для приёмов была погружена во тьму, в высокие сводчатые окна светила луна и её серебряный свет падал на закрытую полупрозрачным балдахином гигантскую кровать стоявшую посредине. В узкую дверь протиснулся маленький пластичный, похожий на гигантского паука мужчина. Бесшумно проник он в комнату, и застыл на полу, слившись с ним, почти не дыша. В спальне помимо кровати, не было почти никакой мебели, у одной из стен стоял массивный комод, да в глубине огромное чёрное зеркало. Мужчина прислушался, в комнате было тихо, так тихо, что можно было разобрать ровное дыхание спящего. Осторожно он двинулся вперёд и достигнув кровати, вновь замер. Теперь, дыхание спящей было слышно ему абсолютно чётко. Мужчина отогнул край балдахина и вот он уже внутри. Осторожно вынул он длинный прямой нож, и невольно замер пораженный. Перед ним лежала прекрасная девушка, похожая на ангела, во сне лицо её дышало детским умиротворением, влажный рот был чуть приоткрыт, невероятно длинные светлые волосы гигантским веером разметались по подушкам. Вся она светилась холодным неземным сиянием, свет луны серебрил её волосы, украсил блестящей пылью её нежную кожу. Несколько секунд мужчина смотрел на неё не в силах отвести взгляд, наконец, ему удалось стряхнуть с себя это наваждение и сжав кинжал обеими руками он занёс его над лицом девушки, в тот же момент с наружной стороны балдахина промелькнула маленькая тень, похожая на ребёнка. Мужчина замер, нож дрогнул в его руке, он оглянулся и в тот же момент, холодный пот выступил у него на лбу, чёрной плотной массой вокруг кровати скользило тело гигантской змеи, похожей на анаконду, только совершенно невероятного размера. Змея медленно оплетала кровать своим влажным, блестящим телом, убийца слышал шуршание чешуек трущихся друг о друга. В холодном свете луны чешуя рептилии переливаясь, играла оттенками чёрных, серых и голубых цветов. Мужчина всё также держал кинжал над девушкой, но руки его уже не повиновались ему. С противоположенной стороны кровати поднялась над ним треугольная голова змеи, её холодные жёлтые глаза уставились на него. Это была голова не удава, голова у гигантской змеи была хищная, венчавшаяся длинными клыками, раздвоенный язык то появлялся, то исчезал в гигантской пасти. Убийца побледнел, холодный ком ужаса разросся внутри его тела и лишил способности говорить. Губы его беззвучно шевелились, во рту пересохло.
Стремительным выпадом змея ударила его головой в грудь, отшвырнув далеко от кровати, с необыкновенной лёгкостью. Пролетев добрую половину комнаты, несостоявшийся убийца ударился спиной в зеркало, чёрные осколки вспыхнули вокруг него острым дождём, его кинжал отлетел далеко в сторону. С трудом он поднялся, сел тряся головой, и сразу с ужасом уставился перед собой. Огромная змея медленно ползла к нему через спальню, чешуя противно шуршала, за змеёй по полу тянулся липкий след зеленоватой слизи.
– Нет! Не надо! Не надо, пожалуйста! Остановите это кто-нибудь! – голос у него, наконец, прорезался, но был больше похож на жалобные причитания. Он вытянул перед собой руки, в тщетном желании закрыться ими от приближавшегося к нему чудовища. Змея подползла к мужчине и поднялась на хвосте почти под самый потолок спальни, наросты на её спине вдруг развернулись, превратившись в гигантские перепончатые крылья, заполнившее собой всю комнату, чудовище разинуло пасть с громким шипением, с длинных клыков его капал яд и убийца закричал дико, пронзительно и страшно. Это был предсмертный крик, полный невыразимого ужаса и отчаянья.
– Мэлюзина, отпусти его! – прозвучал вдруг над ним насмешливый, нежный почти ласковый голос.
– Он сейчас умрёт, а хочу ещё поговорить с ним!
– Как прикажете госпожа! – прозвучал ответ, над ухом убийцы раздался щелчок пальцев, и в тот же момент змея исчезла, растворившись в воздухе, и перед мужчиной оказалась обнажённая темноволосая девочка-подросток. Ещё секунду позади неё были видны перепончатые крылья, выраставшие у неё из спины, но затем и они рассыпались чёрным пеплом. Мужчина корчился на полу, издавая какие-то нечленораздельные звуки, глаза его были безумны, изо рта капала слюна.
– Жалкий червяк! И это хвалённый асасин! Как мог ты даже помыслить о том, чтобы поднять руку на Богиню! Твой мозг мягкий как пластилин, я могу вылепить из него всё что пожелаю! Он твой мама! – презрительно проговорила девочка, проходя мимо, она подобрала с пола свою рубашку и набросила её на себя. В ту же секунды большие двери распахнулись и в спальню ворвались близняшки Ран и Рэн, телохранители Рицы. Их глазам открылась следующая картина: в полупрозрачном халате их госпожа стояла у разбитого в дребезги зеркала, гордая и прекрасная, у её ног жалко ползал мужчина в чёрной одежде и целовал её ноги.
– Спасибо, спасибо, госпожа! – бессвязно бормотал он. Сёстры упали на колени перед Рицей и стояли молча, низко склонившись до самого пола.
