– В любом случае, выбраться из этой лачуги ты можешь только в мои объятия, так как с Жуаном твой статус мы обговорить успели. Как и остальные условия дальнейшего сотрудничества. Да и мне показалось, что эта ночь была для тебя достаточно информативной, чтобы принять верное решение. – Голос стал жестким, резким.Генерал явно не привык кого-то так долго уговаривать. – По крайней мере, у меня есть войско и шатер. В котором уж точно не живут клопы.
Последнее заявление вызвало дрожь во всем теле. Аргумент весьма значительный, нужно признать.
Передернув плечами, я решила, что в чем-то все же этот человек прав. Кроме того, я не сильно обольщалась: чтобы выбить эту дверь и снести меня ее так бездумно подпирающую, нужна пара ударов крепкого плеча.
– Ладно, – решила я и попыталась встать. Вот только ноги почему-то совсем не желали держать, норовя то и дело подогнуться. В очередной раз рухнув на колени, больно стукнувшись о деревянный пол, я громко выругалась.
– Клара? Что случилось?
– У меня это, – было как-то стыдно и немного обидно. Я пока так и не определилась, как относиться к Грозному и такому противоречивому человеку, как Паскаль, но признаться в собственной слабости казалось куда сложнее, чем мне думалось. – У меня ноги не держат…
– Отодвинься от двери. В сторону, как можно дальше.
**
Дерево, старое и иссохшее, из которого была сделана дверь, треснуло. В помещение, едва не зацепив темной головой низкий потолок, ввалился крупный мужчина с каменным выражением лица. Внимательно окинув взглядом камору, сведя брови от недовольства, генерал, наконец, посмотрел на меня. Сейчас он казался еще выше и шире в плечах, нависая надо мной, словно скала.
Темные глаза, кажется, стали еще мрачнее, когда взгляд прошелся по скрюченной фигуре вверх-вниз. Скулы заострились от гнева. От этого взгляда очень хотелось вжаться в пол, стать совсем незаметной. А лучше провалиться этажом ниже.
– Это не называется «в порядке», – тихо с угрозой, произнес генерал, растягивая слова.
– Думаю, в моей ситуации, это все же минимальный урон из возможных, – тихо, стараясь голосом успокоить собеседника, проговорила я. В воздухе словно бы мелькнули искры, но они пропали так быстро, что я и не была уверена, стоит ли доверять собственным глазам. Но вот лицо генерала чуть разгладилась, складка между бровей стала не такой глубокой.
– Вероятно, – нехотя согласились со мной, и великан присел рядом, почти сравняв свое лицо с моим. – Ты не будешь против, если я возьму тебя на руки? Лестница довольно крутая, а если ноги тебя плохо держат…
– Пожалуй, это единственный вариант мне спуститься, не упав, – я чувствовала себя странно, смущенно и неуверенно перед этим мужчиной.
Кивнув, словно такого ответа ему было довольно, Трианонский лорд придвинулся ближе, и запустив одну руку под колени, немного путаясь в складках, второй придержал за плечи прежде чем прижать к своей широкой, почему-то горячей даже через кольчугу, груди. Я невольно вся сжалась, пытаясь казаться легче, меньше, на что мой нежданный спаситель тихо хмыкнул:
–Если держаться за шею, то положение должно быть устойчивее.
Я сделала вид. Что не услышала сказанного. Такая позиция, на руках у крупного мужчины, генерала, была для меня в новинку. И не сказать, чтобы очень уж приятна. Но стоило нам подойти к дверному проему, в котором на одной оставшейся петле болталась дверь, как я судорожно схватилась за камзол, боясь упасть с такой высоты.
– Ну вот. Так определенно лучше, – усмехнулся генерал, начав спускаться по лестнице. Не знаю, что на него подействовало лучше, моя магия или отсутствие между нами двери, но выглядел он определенно спокойнее.
Меня не спустили с рук ни на первом этаже, ни на улице. С удивлением и испугом, я разглядывала люде, стоящих на коленях под строгими взглядами солдат. Кто-то при нашем появлении попытался выть, прося пощады, но получив тычок под ребра, тут же замолк, судорожно всхлипывая.
– Что-то выяснили? – спокойно и строго. Словно я не висела у него на руках, обратился к подчиненным генерал.
– Да, – к нам подбежал кто-то из офицеров, хмуря косматые брови, – Энау помог нам найти того. Кто пытался навредить госпоже. Однако выяснилось, что это не первый подобный случай на постоялом дворе. За домом, ближе к лесу, мы нашли несколько могил, разного по времени захоронения.
Офицер замолчал, скосив взгляд на меня, словно опасался продолжать. Меня же сотрясала мелкая дрожь, когда до утомленного разума дошло все сказанное.
– Продолжай, – сквозь зубы потребовал генерал прижимая меня сильнее.
– Энау глянул насквозь, благо могилы неглубоки, и говорит, что все молодые женщины. И ни одна не умерла своей смертью.
– Постояльцев допросили? Почтовую карету?
– Всех. Почтовые, ни охранник, ни кучер, ничего не знали. А вот все остальные… Из постояльцев только и было что два мужика, один из которых и напал на госпожу.
– Почтовых отпустить. Остальных казнить. Дом спалить вместе со всем добром. У хозьявов есть дети?
– Здесь нет. Хозяйка говорит, что у ее родни пока гостюют.
