меня ничего не было, потому что сумка спасла меня, и даже бутылка скипидара осталась
целой. Когда он вышел, я залезла в душ и смыла голубым мужским шампунем остатки белой
краски с волос.
Когда я в синем купальном мужском халате снова вышла на террасу, то не обнаружила
там золотистую одежду, а Макс лежал в шезлонге и читал газету. Огромная стопка дел
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
громоздилась рядом с ним. Конечно, сегодня был обычный рабочий день, как я могла
предполагать, что он вообще был дома.
— Почему ты не в офисе? – спросила я.
Макс улыбнулся.
— Рад, что я здесь. Иногда я беру дела домой.
Он отложил газету и критически на меня посмотрел.
— Румянец пропал, но и нормального цвета лица всё ещё нет.
Я начала тереть мою щёку и Макс покачал головой.
— Нет, я не это имел ввиду. Ты выглядишь бледной.
— Это сделал твой купальный халат, он не моего цвета.
— Да, может быть. Возможно, ты бы хотела надеть свои вещи, в которых пришла?
Я подняла руки.
— Хорошо, хорошо, я сдаюсь, доволен? Сейчас я могу присесть?
Макс поднялся и втиснул меня в свой шезлонг. Это было очень любезно. Мне стало
стыдно за свой угрюмый тон, который я также не могла объяснить, и тут же снова начала
реветь.
Макс торопливо сказал:
— Нет, нет, Ирис, уже лучше, честно. Мне очень жаль.
— Нет, мне очень жаль. Ты так любезен, и я, и я...
Я вытерла рукавом купального халата свой нос.
— ...и я, я вытерла рукавом твоего купального халата свой нос! Это ужасно!
Макс засмеялся и сказал, что это действительно ужасно и я должна положить этому
конец, а ещё лучше выпить немного воды, которая стояла для меня на столе.
И я сделала то, что он мне предложил и к тому же съела ещё два шоколадных печенья и
яблоко. Макс спросил:
— Что ты хотела делать с краской?
— Ну, покрасить.
— Вот оно что.
Он посмотрел на меня, а я хихикнула. Потом вспомнила о надписи на курятнике и
стала серьёзной.
— Ты знал, что у нас в саду на курятнике написано "нацист"? Красным цветом.
Макс взглянул на меня.
— Нет, я не знал.
— И сейчас я хотела покрасить курятник.
— Весь курятник? Одним ведром краски?
— Нет. Но больше чем два или три ведра, как я хотела, на багажник не поместить или
что ты думаешь, хм?
— Знаешь, Ирис, почему бы тебе просто не спросить меня, сможешь ли ты одолжить
мою машину или смогу ли я привезти твою одежду?
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
— Знаешь, Макс, откуда я должна была знать, что ты здесь околачиваешься, вместо
того, чтобы работать в офисе?
И потом я ещё добавила:
— Кроме того, я была как раз по дороге к тебе.
При этом я уверенно посмотрела на него и понадеялась, что он не сразу поймёт, в каких
странных противоречиях я запутала себя сейчас.
Макс наморщил лоб и я быстро сказала:
— Я хотела узнать, есть ли у вас в офисе или документах что-то о моём дедушке. Это
написал нацист или кто-то, кто хотел обвинить нас в нацизме.
– Понимаю. Я могу поискать. В нашем подвале ещё есть картонные коробки, которые
принадлежали старику. Но если бы там было что-то криминальное, то он бы не хранил это у
нас.
— Правда. Поэтому я должна была просто прийти к тебе.
Макс раздражительно на меня посмотрел.
— Ты сейчас смеёшься или флиртуешь со мной?
— Я не буду смеяться над тобой. Ты спас меня, а я использовала твой голубой мужской
шампунь и грубо разговаривала в твоём купальном халате. Я в большом долгу перед тобой.
— Тогда ты так флиртуешь со мной, — задумчиво сказал Макс. — Хорошо.
И кивнул.
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
Глава 8.
Хотя дорога к моему дому была короткой, я не хотела пройти её пешком в голубом
купальном халате Макса. Поэтому, я села в его машину, а он положил велосипед в багажник,
куда тот вошёл только наполовину. Адвокат не выпустил меня на въезде к дому, а открыл
широкую решётку и довёз до зелёных дворовых ворот. Там Макс достал велосипед из
багажника и внимательно его осмотрел.
— Кажется, не причинили никакого вреда. Тебе повезло.
Я кивнула.
Макс разглядывал меня таким же взглядом, каким осматривал велосипед.
— Тебе надо бы отдохнуть.
Я ещё раз кивнула, поблагодарила и побежала через сад к входной двери. Несмотря на
большой купальный халат, я старалась соединить в моей походке достоинство и изящество.
Мне удалось, потому что когда на углу дома я посмотрела на Макса, то увидела, как он
наблюдает за мной со скрещенными руками. Я не могла прочитать его взгляд, но пыталась
убедить себя, что тот был полон удивления.
Была вторая половина дня. Внизу у лестницы я сняла свои сандалии и потащилась
вверх, перила при этом жалобно стонали в два голоса. Моё тело всё ещё болело . "Боже мой!"
Я бросилась на кровать и немедленно заснула.
Что-то звонило два или три раза, и только я стала просыпаться, как звук прекратилось.
