Мистер Бакер удивился тону, с каким мистер Форбс отреагировал на его незатейливый ответ, однако возразить не сумел, и присоединившись к мистеру и миссис Таунсенд отправился в гостиную, где вдова Форбс, усевшись в центр комнаты, рассказывала какое счастье было так внезапно увидеть племянника и как ей не хватает миссис Форбс, которая всегда была идеалом совершенства, и как она желает, чтобы Дениэл поскорее женился на такой же девушке. Она была готова говорить, о чем угодно, лишь бы все внимание гостей было сконцентрировано на ней одной. И каждый раз, когда вдова напоминала о свободном месте жены своего племянника, каждая мамаша с еще большим удовольствием продолжала слушать ее, воображая, что точно ее дочь может оказаться в роли супруги такого завидного жениха.
Первая часть ужина проходила натянуто, вдова все рассказывала и рассказывала о своих переживаниях, о том, что необходимо опасаться бедняков и как можно сильнее запирать входные двери, потому что есть риск оказаться ограбленной или даже душу Богу отдать, так как злоба в них с каждым годом растет и свой гнев они могут излить на тех, кому с рождения суждено было родиться с серебряной ложкой во рту. Далее все перешли в гостиную, образовалось два игральных столика, и как только увлеклись игрой, мистер Форбс ускользнул из зала и направился из дома прямиком к конюшне. Не обдумывая своих действий наперед, он вскочил на коня и вот, через некоторое время, которое пролетело мимо него незамеченным, он уже был у порога дома Таунсенд. Войдя внутрь, он очутился среди полумрака и пустоты. Схватив свечу, что догорала на столе, начал открывать все двери комнат в поисках ее. Добравшись до второго этажа, с силой распахнул дверь той самой комнаты, которая принадлежала Мие. Она лежала, лицом повернута к стене, скрутившись от холода. От шагов вошедшего человека не вздрогнула и не обернулась.
– Мия, вернись ко мне – сказал Дениэл и присел на край кровати.
Она не верила словам, что слышались. Ей больше не хотелось верить звукам голоса, который был так дорог. Взяв ее за плечо, мистер Форбс развернул на спину, Мия еле дышала и смотрела большими пустыми глазами в его глаза. Подняв руку, прикоснулась к его лицу, оно было горячим и легкая небритость, как тысяча иголок, впивались в руку и возвращали в реальность.
– Ты вновь пришел, когда я потеряла всякую надежду, что увижу тебя. Дениэл, такая жизнь не для меня, я не могу больше так. Я бы сказала, что больше не люблю тебя, но это будет не правдой, но больше не хочу видеть тебя, а вот это чистая правда.
– Ты не можешь оставить меня, ты не можешь бросить вот так. Как я проживу без твоей любви? Я совсем один, и ты единственная отрада в жизни. Я прошу твоей любви в последний раз.
И он наклонился над ней, расцеловывая ее лицо, затем взял ее ледяные руки, которые даже не дрожали от холода, он прижимал их к своим губам, и давал тысячи обещаний, что более она не ощутит себя одинокой, что сделает невозможное, что встречи станут чаще. И все то, чего она так желала, она услышала, он сумел затронуть струны ее души и разлилась красивая мелодия, заполняя всю комнату. Крепко обнявшись, они дали клятвы в вечной любви. Спустя некоторое время Дениэл встал, развел огонь в камине и заботливо укутал девушку, единственная жизнь которой имела для него большую ценность. После обряда беспокойства он попросил встречи завтра по полудню, затем поспешил вернуться на ужин, где вдова Форбс так увлеченно играла, что не заметила отсутствия племянника.
На следующий день Мия, набравшись храбрости, вошла в гостиную, где ее ожидал мистер Бакер. Они отправились на прогулку, где она все ждала подходящего момента, чтобы сообщить об окончательном отказе и принести извинения за принесенные неудобства. И когда оказались вновь у того самого ручья, она заговорила:
– Мистер Бакер, я ценю вашу настойчивость, с которой вы ухаживали за мной длительное время, однако разум не силен над чувствами, и я поняла, что никогда не смогла бы вас полюбить той любовью, на которую вы рассчитываете.
– Нет, не смейте продолжать дальше, мисс – раздражительно прервал ее монолог Джеймс. – одумайтесь, Мия. Ваша семья нуждается в деньгах, которые я могу щедро пожертвовать, при условии, что вы будете носить фамилию Бакер.
– Не все имеет цену, вернее, не все продается, в особенности чувства, дорогой мой мистер Бакер, желаю, чтобы настало время, и вы приняли эту простую истину.
