— Хорошо, — согласился наконец Халдир. — Мы поступим против наших правил. Если Арагорн и Леголас обещают следить за ним и согласны отвечать за него — он может пройти. Но мы должны завязать ему глаза.
Но больше разговаривать нельзя. Ваш отряд не должен оставаться на земле. Мы следили за реками — с тех пор, как много дней назад большая орда орков прошла к Мории вдоль склонов хребта. На границах Леса воют волки. Если вы в самом деле прошли сквозь Морию — опасность неподалеку. Завтра с утра вам надо идти дальше.
Четверо хоббитов поднимутся сюда и заночуют с нами — их мы не боимся! На соседнем дереве — другая талан. Там укроются остальные. Ты, Леголас, отвечаешь за них перед нами. Зови нас, если что-то случится! И пригляди за гномом!
Леголас тут же спустился вниз передать приказ Халдира; и скоро Мерри и Пин вскарабкались на высокий помост. Они едва дышали и выглядели довольно испуганными.
— Вот и мы! — выдохнул Мерри. — Мы приволокли и ваши одеяла впридачу к своим. Остальную поклажу Бродник закопал в листья.
— Вам не надо было ничего нести, — сказал Халдир. — Зимой на вершинах холодно, хотя сегодня ветер с юга; но у нас довольно еды и питья, чтобы прогнать ночной холод, и шкур и плащей, чтобы укрыться от него.
Хоббиты с удовольствием съели еще один (и лучший) ужин. Потом тепло закутались — не только в меховые плащи эльфов, но и в собственные одеяла — и попытались уснуть. Но, хоть они и устали, сделать это легко удалось лишь Сэму. Хоббиты не любят высот и не спят наверху — если даже у них в доме есть «верх». Помост, по их мнению, вовсе не подходил для спальни. У него не было ни стен, ни хотя бы перил — лишь с одной стороны стоял легкий плетеный щит — его можно было передвигать и устанавливать в зависимости от ветра.
Некоторое время Пин продолжал болтать.
— Надеюсь, если я усну в этом птичьем гнезде, то не скачусь вниз, — сказал он.
— Если уж я засну — так буду спать, скатился я или нет, — отозвался Сэм. — А чем меньше болтовни, тем скорее засыпается, если вы меня понимаете.
Фродо лежал без сна и глядел на звезды, проблескивавшие сквозь бледную крышу дрожащей листвы. Сэм захрапел рядом задолго до того как сам он закрыл глаза. Он слабо различал тусклые серые силуэты двух эльфов; они сидели неподвижно, обхватив колени руками, и шепотом разговаривали. Третий спустился вниз — он нес стражу на одной из нижних ветвей. Наконец, убаюканный ветром в кроне и нежным ворчанием водопада, Фродо уснул — и ему снилась песня Леголаса.
Среди ночи он проснулся. Остальные хоббиты спали. Серп Луны бледно мерцал сквозь листву. Ветер утих. Снизу, с земли, слышался резкий смех и топот множества ног. Донесся лязг металла. Звуки медленно затихли вдали; ушли они, казалось, на юг, в глубину леса.
Вдруг сквозь дыру в помосте просунулась голова. Фродо привскочил в тревоге — и увидел, что это эльф в сером капюшоне. Он взглянул на хоббитов.
— Что там? — спросил Фродо.
— Ирх! — свистящим шепотом ответил эльф и забросил на помост свернутую лестницу.
— Орки! — сказал Фродо. — Что они делают? — Но эльф уже исчез. Больше звуков не было. Даже листва молчала, а водопад, казалось, затих. Фродо сидел и дрожал в своих одеялах. Он был благодарен эльфам: их не схватили на земле; но чувствовал, что и на деревьях не спасение — разве что укрытие. Орки, ходили слухи, шли по следу, что гончие — и лазать они тоже умели. Он обнажил Разитель; тот вспыхнул и налился голубым огнем, потом медленно померк и угас Несмотря на померкнувший меч, чувство внезапной опасности не оставило Фродо — скорее, даже усилилось. Он поднялся, подкрался к отверстию и глянул вниз. Он был почти уверен, что расслышал тихий шорох у корней.
То были не эльфы: лесной народ движется бесшумно. Послышалось слабое сопение; что-то цеплялось за кору. Затаив дыхание, Фродо смотрел во тьму.
Что-то медленно лезло вверх, и дыхание его походило на слабое шипение сквозь стиснутые зубы. Потом, совсем рядом со стволом, Фродо увидел два белесых глаза. Они замерли и, не мигая, уставились вверх. Вдруг они дрогнули, смутный силуэт скользнул за ствол и пропал.
И сразу же из ветвей появился Халдир.
— На этом дереве было что-то, чего мне видеть не приходилось, сказал он. — Не орк. Оно сбежало, едва я взялся за ствол. Оно очень осторожно и сноровисто на дереве — не то я решил бы, что это один из твоих хоббитов.
Стрелять я не стал, потому что не хотел поднимать шума: оно могло вскрикнуть, а это — риск битвы. Тут прошел сильный отряд орков. Они перешли Нимродель — да будут прокляты их мерзкие лапы! — и двинулись вдоль реки по старой дороге. Они, кажется, что-то учуяли, и некоторое время осматривали место вашей стоянки. Трое не в силах противостоять сотне — поэтому мы ушли вперед и, громко перекликаясь, увлекли их вглубь леса.
Орофин спешит сейчас вперед, к нашим жилищам, чтобы оповестить наш народ. Ни один из орков не выйдет из Лориэна. А прежде, чем спустится следующая ночь, воины-эльфы тайно соберутся у северной грани леса. Вы же должны отправиться на юг, едва взойдет солнце.
