У подножья друзья внезапно погрузились в травы, которые зыбились и опадали подобно волнам, разбиваясь о Великую Стену. Водопад исчезал в изумрудных зарослях, слышно было лишь журчание струй в зеленых протоках; вниз по пологим склонам бежали они, вниз к дальним топям долины Энтицы. Казалось, зима не дошла сюда, повиснув на клыках горных кряжей: воздух был мягкий, теплый, напоенный едва ощутимым благоуханием; вечная весна не давала засыпать травам и листьям, пробуждая соки в их жилах. Леголас глубоко вздохнул, словно припадая к живительному роднику после долгого скитания в пустыне.
— Зеленые запахи! Они освежают лучше самого крепкого сна! — Эльф сделал несколько быстрых шагов, обернулся. — Побежали!..
— Дышится здесь и правда легко, — Арагорн мягко улыбнулся. — Теперь мы пойдем быстрее. Гораздо быстрее тяжеловесных орков. Попробуем нагнать их!
Они шли вперед, точно гончие по горячему следу. Широким прокосом уходил на запад уродливый след: душистые травы Роханда смялись и пожухли под ногами орков. Вскоре Арагорн вскрикнул и свернул в сторону.
— Стойте! За мной не ходить! — скомандовал он и кинулся вправо от тропы: он заметил ведущие туда следы маленьких ног. Вскоре, однако, следы эти пересеклись другими — огромными следами орков, затем резко повернули назад и затерялись на тропе. В самой дальней точке Арагорн наклонился и что-то поднял; потом вернулся к товарищам.
— Следы хоббита видны отчетливо, — Следопыт таинственно улыбался. — Это, наверно, Пин: он меньше, взгляните-ка! Он оставил нечто, сверкавшее под солнцем. Оно походит на только что раскрывшийся буковый лист.
— Пряжка эльфийского плаща! — в один голос воскликнули Леголас и Гимли.
— Листья Лориэна не падают без причин, — продолжал Арагорн уже серьезно. — И эта потеря не случайна: пряжку оставили как знак тем, кто пойдет за похитителями. Я думаю, Пин нарочно свернул с тропы.
— Значит, он жив, — сказал Гимли. — И может идти сам. Отрадно!
— Будем надеяться, что он заплатил за свою смелость не слишком дорогой ценой, — укоризненно взглянул на гнома Леголас. — Идем! Мысль, что наших веселых маленьких друзей гонят, как скот, жжет мое сердце.
Солнце перевалило за полдень и теперь медленно скатывалось к краю неба. Появились легкие белые облака: их пригнал нежный ветер Юга. Солнце зашло. Поднялись тени, протянув с востока длинные руки. Охотники шли вперед. Миновал день, как погиб Боромир, а орки всё еще были далеко впереди. Даже следов не стало видно на плоской равнине.
Когда ночная тьма сомкнулась над Охотниками, Арагорн остановился. Всего дважды за день делали они короткие привалы, и двенадцать лиг отделяли их теперь от Восточной Стены, где они встретили восход.
— Нам предстоит нелегкий выбор, — сказал Следопыт. — Остановимся ли мы на ночь или будем идти, пока хватит сил и воли?
— Если мы остановимся сейчас, орков нам не догнать, — сумрачно предрек Леголас.
— Даже орки, наверное, делают привалы, — проворчал Гимли.
— Орки редко путешествуют по степи, да еще днем, однако этих солнце не остановило, — обернулся в его сторону Леголас. — Так что ночь их и подавно не остановит.
— Но мы-то ночью ни одного следа не найдем!
— След ведет прямо и никуда не сворачивает, если глаза мне не лгут, — возразил Леголас.
— Возможно, я сумею вести вас наугад и не собьюсь с пути, — сказал Арагорн, — но если мы ошибемся или они свернут в сторону, потребуется немало времени, чтобы днем отыскать их тропу.
— Вот еще что, — добавил Гимли. — Только днем мы заметим, если какой-нибудь след уйдет в сторону. Вдруг пленники вздумают бежать, или кого — нибудь из них потащат на восток, скажем, к Великой Реке или еще того хуже — к Мордору? Мы пропустим след и никогда его не отыщем.
— Верно, — проговорил Арагорн, — но если я правильно прочел все прежние следы, орки Белой Руки победили, и весь отряд направляется сейчас в Исенгард.
— И всё же быть уверенным в их решении весьма опрометчиво, — настаивал Гимли. — А побег? Во тьме мы бы наверняка прошли то место, где ты отыскал пряжку.
— Орки вдвойне осторожны с тех пор, а пленники очень утомлены, — проговорил Леголас. — Побега не будет, если мы его не устроим. Но пока мы их не нагнали, думать об этом не стоит.
— Даже я, гном, не самый слабый из моего народа, не могу бежать до Исенгарда без отдыха, — Гимли умоляюще взглянул на эльфа. — И у меня сердце горит, но пойми, я должен хоть немного отдохнуть, чтобы потом бежать еще быстрее. Да и когда спать, если не ночью?
— Я предупреждал, что выбор будет труден, — сказал Арагорн. — Что мы решили?
— Ты наш вождь, — пожал плечами Гимли. — Тебе и решать.
— Сердце приказывает мне идти, — промолвил Леголас. — Но мы должны быть заодно. Я подчинюсь любому решению.
— Вы избрали дурного советчика, — грустно усмехнулся Арагорн. — С тех пор, как мы миновали Пламист, все мои советы приносили лишь беду. — Он умолк и долго вглядывался в густеющую ночь.
— Мы не пойдем в темноте, — проговорил он наконец. — Слишком велика опасность сбиться с пути.
— Как жаль, что Владычица не подарила нам такого же огонька, как Фродо! — пробормотал Гимли.
