— Кар-то-фель, — сказал Сэм. — Старик мой его обожает, да это и правда лучшая набивка для пустого брюха. Но ты не найдешь ни одной, так что тебе их видеть не обязательно. Но будь хорошим, принеси мне травок, и я стану думать о тебе лучше. Даже больше: если ты исправишься, я на днях угощу тебя картошкой, угощу: рыба с жареным картофелем, приготовленная Сэмом Гискри. Не станешь же ты отказываться от этого.
— С-станем, с-станем. Травить вкус-с-сную рыбку, жарить ее!.. Дай мне рыбку, да, сейчас, а картош-шины ос-ставь себе, мерз-ские картошины!
— Ты безнадежен! — махнул рукой Сэм. — Отправляйся спать!
В конце концов ему пришлось искать всё самому; но он не решался отойти далеко от спящего Фродо. Сэм сидел, задумавшись, и поддерживал огонь, пока не закипела вода. День разгорался, и воздух теплел; роса постепенно исчезала с трав и листвы. Вскоре разрезанные кролики кипели в кастрюльках вместе с пучками трав. Время тянулось медленно, Сэма клонило в сон. Он дал им повариться с час, то и дело помешивая и пробуя бульон.
Когда он решил, что всё готово, то снял кастрюли с огня и тихо подошел к Фродо. Фродо приоткрыл глаза, а потом и совсем проснулся — оборвалась еще одна мирная греза.
— Привет, Сэм! — сказал он. — Не спишь? Что-нибудь не так? Который час?
— Всего несколько часов, как рассвело, — ответил Сэм. — Ну, может, полдевятого или около того. По норгордским часам, конечно. Всё так, да не совсем так, как надо: ни приправ, ни луку, ни картошки… Я тут кое-что сготовил для вас, господин Фродо: немного мяса и бульон. Подкрепитесь чуток. Придется, правда, хлебать из кружки или кастрюльки, когда остынет — я не захватил мисок.
Фродо зевнул и потянулся.
— Ты должен был отдохнуть, Сэм, — сказал он. — Да и жечь в этих местах костер очень опасно. Но я и вправду проголодался. Какой запах!.. А что ты сварил?
— «Подарочек от Смеагола», — голосом Голлума сказал Сэм. — Пару крольчат. Сам-то он их теперь в рот не возьмет. Кушайте, сударь, хотя какое это жаркое без травок?
Сэм и его хозяин сидели в самой чаще папоротника и ели из кастрюль варево, по-братски деля вилку и ложку. Они позволили себе лишь по кусочку эльфийской лепешки. Это был пир.
— Фью-ю-ю! Голлум! — позвал Сэм и тихо посвистал. — Передумывай, пока не поздно. Тут еще кое-что осталось, если хочешь попробовать тушеного кролика.
— Он, наверно, удрал ловить что-нибудь для себя, — сказал Сэм. — Мы можем доесть всё это.
— И потом ты поспишь, — когда Фродо говорил таким тоном, спорить с ним было бесполезно.
— Только вы уж не спите тогда, господин Фродо. Не верю я ему. Слишком уж крепко сидит в нем Скрытень — Голлум этот треклятый, если вы понимаете, про что я толкую, — и он опять берет верх. Не я буду, если он не попытается меня придушить. Мы с ним по-разному смотрим на вещи, и Сэм ему вовсе не по вкусу, нет, прелесть, вовс-се.
Они поели, и Сэм спустился к ручью ополоснуть посуду. Когда он поднялся, чтобы вернуться, он оглянулся на склон. Солнце проглянуло сквозь дымку, туман, марево, что бы это ни было, и протянуло золотистые лучи к лугам и деревьям. И тогда Сэм заметил дымную спираль, серо-голубую струйку, ясно видимую в солнечном свете, поднимающуюся из кустов над ним. С ужасом он понял, что это дым костра, который он забыл погасить.
— Быть не может!.. Никогда бы не подумал, что будет так заметно! — пробормотал он и заторопился назад. Вдруг он застыл и прислушался. Слышал он свист или нет? Или это был зов птицы? Если это был свист, то шел он не со стороны Фродо. А вот и опять — с другой стороны! Сэм со всех ног побежал в гору.
Он увидел, что маленькая головешка, догорев, подожгла папоротник, и этот папоротник дымит. Он торопливо затоптал то, что осталось от костра, и закидал яму дерном. Потом подполз к Фродо.
— Слышали вы свист? — спросил он. — На него вроде и ответ был. Я, правда, надеюсь, что это всего лишь птица, но кто его знает: не больно похоже, скорее, будто кто птицей прикидывается. И, боюсь, костер мой дымил. Выходит, я беду — то накликал! Никогда себе не прощу!
— Тише ты! — прошептал Фродо. — Мне послышались голоса.
Хоббиты затянули мешки, надели их, готовые бежать, и заползли подальше в папоротник. Там они, прислушиваясь, прижались к земле.
Никакого сомнения: голоса. Они звучали тихо, затаенно, но были близки и всё приближались. Потом вдруг раздались совсем рядом.
— Здесь! Дым шел отсюда, — сказал один. — Они где-то рядом. В папоротнике, без сомнения. Мы их поймаем, как кроликов. Тогда и поглядим, что они такое.
— Ага, и что они знают! — подхватил второй.
Сразу четверо принялись с разных сторон прочесывать папоротники. Когда ни бежать, ни прятаться стало невозможно, Фродо и Сэм вскочили, став спиной к спине, и выхватили мечи.
