Зелеными шарфами стражи завязали хоббитам глаза и надвинули капюшоны чуть ли не до рта; потом быстро подхватили каждого под руку и продолжали путь. Об этой последней миле Фродо и Сэм могли лишь догадываться. Немного спутся они поняли, что дорога круто снижается; вскоре она стала столь узкой, что они шли гуськом, задевая каменистые стены; стражи направляли их, крепко положив им руки на плечи. Тропа то и дело становилась неровной, и тогда их на время приподнимали, а потом ставили обратно. И всё время справа слышался шум воды, становясь громче и ближе. В конце концов они остановились. Маблунг и Дамрод быстро повернули их несколько раз, так что они совсем потеряли представление о направлении. Они немного поднялись вверх: потянуло холодом, и шум голосов ослаб. Потом их подняли и понесли: вниз, вниз, длинной лестницей и за угол. Вдруг снова послышалась вода, теперь громко — она неслась и плескалась. Казалось, она вокруг, и хоббиты чувствовали легкий дождик на руках и щеках. Наконец их снова поставили на ноги. Мгновение они стояли так, почти испуганные, с повязками на глазах, не зная, где они и что их ждет. И все молчали. Потом совсем рядом раздался голос Фарамира:
— Пусть смотрят!
Повязки были сдернуты, капюшоны откинуты, хоббиты поморгали — и взглянули.
Они стояли на влажном полу из блестящего камня, на пороге грубо вырубленных в скале ворот, темно зияющих позади. А впереди ниспадала плотная завеса воды, так близко, что Фродо мог бы коснуться ее. Она была обращена к западу. Прямые стрелы заходящего солнца ломались о нее, и алый свет дробился множеством мерцающих переливчатых лучей. Будто они стояли у окна эльфийской башни, занавешенного покрывалом из серебра и золота, унизанным рубинами, сапфирами и аметистами, охваченного незатухающим огнем.
— Мы пришли вовремя, и этот миг вознаградит ваше терпение, — промолвил Фарамир. — Это Зеркало Заката, Хеннет-Аннун по-нашему, красивейший из водопадов Ифилиэна. Немногие чужестранцы видели его… Однако позади не королевские палаты. И всё же входите!
Как раз когда он говорил, солнце село, и огонь угас в струящейся воде. Они повернулись, прошли под низким грозящим сводом и оказались в просторном горном гроте с неровным уступчатым потолком. Горели факелы, бросая смутный свет на мерцающие стены. Многие воины уже были там. Другие входили по двое — трое через низкую дверь в одной из стен. Когда глаза их привыкли к полутьме, хоббиты увидели, что пещера больше, чем они предполагали, и полна оружием и припасами.
— Ну, вот мы и в убежище, — сказал Фарамир. — Удобств немного, но здесь вы сможете спокойно отдохнуть. Тут сухо и есть еда, хоть и нет огня. Когда-то вода текла через эту пещеру, но древние мастера направили поток в ущелье, и он низвергается оттуда водопадом. Все дороги к этому гроту были тогда скрыты под водой или запечатаны неведомым образом — все, кроме одной. Сейчас отсюда ведут два выхода: тот, которым провели вас, и через занавес Зеркала — в глубокую чащу, усеянную каменными кинжалами. А теперь отдохните немного, пока готовится ужин.
Хоббитов отвели в угол и указали на низкое ложе. Тем временем воины занялись делами — тихо, спокойно и быстро легкие столешницы были сняты со стен, положены на козлы и уставлены посудой. Она была простой, без украшений, но сделана добротно и красиво: круглые блюда, тарелки и миски из глазированной глины или точеного самшита, чистые и гладкие. Тут и там стояли блестящие бронзовые тазы; а перед креслом Капитана в центре стола был поставлен простой серебряный кубок.
Фарамир ходил меж воинов, тихо расспрашивая каждого входящего. Некоторые вернулись после погони за южанами; другие, оставленные разведчиками близ дороги, подошли позже. Пути каждого южанина были известны, и только о гиганте мумаке никто ничего не знал. У врага передвижений не было; даже орочьи шпионы не показывались.
— Ты ничего не видел, Анборн? — спросил Фарамир у пришедшего последним.
— Нет, Капитан, — отвечал тот. — Ва всяком случае, не орков. Но я видел — или мне почудилось — что-то странное. Уже глубокие сумерки, всё и глазам видится большим, чем есть. Так что это, может, всего лишь белка, — Сэм навострил уши. — Однако белка эта была черной, и я не заметил хвоста. Она юркнула за ствол, когда я подошел, и быстро вскарабкалась вверх. Вы не позволяете нам без нужды убивать зверей, поэтому стрелять я не стал. Да и темно было, наверняка не прицелишься… Тварь спряталась в кроне. А я немного постоял — очень уж чудным мне всё это показалось, и поспешил сюда; а тварь шипела мне вслед. Может, и белка. Под вражью завесу могли явиться чудища из Лихолесья, а там, поговаривают, и черные бесхвостые белки водятся.
— Всё возможно, — нахмурился Фарамир. — Но это дурной знак. Пришельцам из Лихолесья нечего делать в Ифилиэне.
Сэму почудился быстрый взгляд в их сторону; но Сэм промолчал. Некоторое время они с Фродо лежали, глядя на свет факелов, а воины ходили взад и вперед, разговаривая приглушенными голосами. Потом Фродо вдруг заснул.
